slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Цена случайностей, или История без альтернативы

Один из ведущих историков прошлого столетия Арнольд Тойнби в своём фундаментальном труде «Некоторые проблемы греческой истории» задавался вопросами: если бы не умер во цвете лет «божественный Александр», не погиб Филипп II Македонский, не был отравлен Артаксеркс (персидский царь династии Ахеменидов, правил в 465—424 гг. до н. э. — Ред.) — что тогда?

Однако история не творится со словом «если», она не знает альтернативы, и её творцы не падают с неба. Тойнби размышлял в своём труде о роли личности в истории. А вот насколько закономерно или случайно появление такой личности, кардинально влиявшей на исторические процессы в ту или иную эпоху человеческого развития?

И хотя история отрицает понятие альтернативного «если», однако после прочтения трёх книг из знаменитой линейки «ЖЗЛ» хочется поразмышлять насколько причудливо она временами складывается.

Начнем с книги французского историка-востоковеда Мишеля Хоанга «Чингисхан». В отличие от многочисленных исторических беллетристов, создававших свою версию жизнеописания «властелина мира» с большим налетом авторского вымысла, Мишель Хоанг опирается главным образом на два хроникальных источника — «Алтан тобчи» («Золотая книга») и «Сокровенное сказание монголов», которые больше известны как историографические и литературные памятники. Понимая, что этих мифологизированных источников явно недостаточно для реконструкции портрета одного из самых загадочных персонажей мировой истории, автор не столько зацикливается на жизнеописании Чингисхана, сколько даёт читателям панорамную картину того мира, который разрушил и на развалинах которого правил этот монгольский кочевник.

Мишель Хоанг не задается вопросом, а что «если»... Но невольно после прочтения этой замечательной книги проникаешься искушением поставить вопрос именно так: как повернулась бы история, не будь отравления Есугея, (отца Тэмучжина), татарами? Не останься Тэмучжин гонимым сиротой, обуреваемым жаждой мести? Не случись похищения его первой жены Бортэ? Может быть до глубокой старости кочевал бы себе Тэмучжин по монгольским степям со своим немногочисленным скотом... Кто знает? У истории нет альтернативы. Второго Тэмучжина не было.

Вот только появился в силу абсолютно субъективных обстоятельств простой монгольский пастух, ставший «властелином мира» и кардинально нарушивший историческое развитие Китая, Центральной Азии и Руси. Причем на много лет. Такая вот «случайность № 1».

«Случайность № 2» уже из истории династии Романовых. В бурной трехсотлетней истории Дома Романовых разного рода курьёзов и случайностей было немало. Особенно после кончины Петра Великого, когда престолонаследие определялось сначала олигархическими боярами, а со времен восхождения на престол Елизаветы гвардейскими офицерами. Последний путч гвардейцев (более известный в советской историографии как «восстание декабристов»), был расстрелян на Сенатской площади Николаем I. Мятежники жестоко наказаны, чтоб другим неповадно было.

Николаю I наследовал Александр II, царь-реформатор, который, как известно, стал жертвой террористов, «половинчатыми реформами» недовольными. Александру II должен был бы наследовать Николай II.

Нет, уважаемый читатель, я ничего не путаю. Цесаревичем, то бишь наследником престола, был старший сын императора Николай, но судьба его сложилась трагически: в 22 года он умер в Ницце от туберкулёзного менингита.

Поэтому последний из Романовых взошёл на престол после смерти отца, императора Александра III, который стал цесаревичем после трагической смерти любимого брата Никсы. В цесаревичах Александр III ходил долго, целых 16 лет. Мог бы и дольше, не погибни венценосный родитель от рук бомбистов.

Впрочем, Александр Мясников — автор книги «Александр III», как и его коллега Мишель Хоанг, похоже не держал в голове мысль о «случайности» появления в истории «царя-миротворца», которому тем не менее приписывают афоризм: «У России только два союзника — её армия и флот». Засидевшийся в цесаревичах император Александр III правил недолго, всего 13 лет. Советская историография, равно как и историческая беллетристика его не жаловали. Даже «русский Дюма» Валентин Пикуль «повёлся» на далёкие от истины обвинения царя в алкоголизме. А знаменитое громадное полотно Репина «Прием волостных старшин Александром III» заняло своё место в Третьяковке лишь в постсоветское время.

На этом фоне книга Александра Мясникова выглядит более чем комплементарно: автор опирается на массив документов, стремясь показать предпоследнего из Романовых самым «русским царем», меценатом Чайковского и передвижников

А вот с цесаревичем ему не повезло. Николай II Романов империю профукал.

«Случайность № 3» — 33-й президент США Гарри Трумэн. Почему «случайность»? Согласно американской конституции Гарри Трумэн стал хозяином Белого дома после внезапной кончины 32-го президента США Франклина Делано Рузвельта. Вряд ли ему бы удалось стать американским президентом не будь этого стремительного «политического лифта».

Однако будучи политиком, весьма искушённым, Трумэн продолжил социально-экономические реформы в духе «нового курса» своего предшественника. С именем Трумэна также связано начало холодной войны. Трумэн выступал за жёсткое противостояние с СССР и коммунистическим силам и утверждение единоличного лидерства США во всём мире.

Авторы книги «Трумэн» американисты Георгий Чернявский и Лариса Дубова подобно их коллеге Мишелю Хоангу дают портрет своего героя на фоне политический истории США первой половины ХХ столетия. Сложно сказать насколько они симпатизируют своему герою, но биография достаточно объективна. Вхождение Трумэна в большую политику случилось благодаря поддержке Тома Пендергаста, политика, связанного с канзасским мафиозным кланом. Избранный членом сената США Трумэн поддержал «новый курс», предложенный Франклином Рузвельтом.

На состоявшихся в 1944 году президентских выборах он был выдвинут кандидатом в вице-президенты в паре с президентом Франклином Д. Рузвельтом, выставлявшим свою кандидатуру уже на четвёртый срок. Отношения между ними были более чем натянутыми. Так за 82 дня вице-президентства, начавшегося 20 января 1945 года, Трумэн встречался с Рузвельтом всего два раза; к решению ключевых внешнеполитических вопросов его не привлекали.

Однако же во всемирную историю он вошёл как президент США, отдавший приказ сбросить атомные бомбы на японские города. В своём потсдамском дневнике Трумэн писал: «Мы разработали самое ужасное оружие в истории человечества... Это оружие будет применено против Японии... так, чтобы военные объекты, солдаты и моряки были целями, а не женщины и дети. Даже если японцы дикие — беспощадны, жестоки и фанатичны, то мы, как руководители мира, для общего блага не можем сбросить эту ужасную бомбу ни на старую, ни на новую столицу».

На остальные же города с женщинами и детьми можно было. Под атомное распятие попали Хиросима и Нагасаки.

«Случайностью № 4» можно бы по праву считать 45-го (сегодня уже с приставкой «экс») президента США Дональда Трампа с его «умными ракетами», пока не ядерными. Но книга о нем в линейке «ЖЗЛ» на сегодняшний день отсутствует. Еще не дорос...

Виктор ПРИТУЛА, литературный обозреватель газеты «Слово»

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: