slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Духовный щит России

На фото: Тамара Михайловна Мельникова

Президент Союза музеев России Михаил Пиатровский нередко говорит о сохранении единого музейного пространства. Музеи должны сотрудничать, взаимодействовать, объединять свою энергетику, чтобы она ощущалась как единое духовное пространство. На эту тему мы беседуем с директором Лермонтовского музея-заповедника «Тарханы» Тамарой Михайловной Мельниковой.

— Наверняка вы слышали, как священнослужители говорят о монастырях: службы, которые ведутся там и днём, и ночью, покрывают Россию молитвенным щитом. Так же и музеи — каждый в отдельности и все вместе — создают духовный щит страны, — говорит Тамара Михайловна. — Жаль, что далеко не все это понимают. – В мире сейчас бьются за нанотехнологии. Да, развивать науку нужно, выводить экономику на новый уровень необходимо. Но стоит задуматься о тех, кто это делает и будет делать. Безнравственный человек станет хакером. Бездушный богач способен думать только о своей выгоде. Спортсмен без чувства Родины готов работать на кого угодно. Пустое сердце не понимает, что хорошо, что плохо.

Правильное развитие и науке, и экономике, и экологии, и спорту может дать только интеллектуальный, духовный, нравственный человек. Кроме семьи и школы воспитанием занимаются музеи и библиотеки. На них стоит духовный мир! И наш молитвенный щит – это просвещение, пропаганда, воспитание людей на примерах великих творцов и их произведений.

Вот такая миссия у современных музеев. И, конечно, выполнять её надо всем вместе. И не только музеям, но в целом культуре!

— В стране пять Лермонтовских музеев. Какое место среди них занимают «Тарханы»? Как осуществляется сотрудничество?

— Все пять интересные. Но у нас — заповедник, и это очень важно. Любой музей бьётся хоть за небольшую территорию. А у нас — 200 гектаров! Это даёт возможность рассказать о Лермонтове так, чтобы люди поняли, откуда он вышел, откуда у него такая любовь к России, и вообще, какие условия нужны для воспитания гения (кроме божественного дара).

У нашего музея есть все составляющие, которые дают возможность рассказать о социальной, исторической, культурной среде, взрастившей гения.

Все годы работы, а это больше 50 лет, для меня самым главным было восстановить среду, в которой Лермонтов вырос. Мир природы, который сделал из него лирика и философа. Мир крестьян, из которого он черпал корневую мудрость. Мир очень образованных дворян — его родственников и друзей.

Мы восстановили дом, усадьбу, и всё это не только создаёт красоту, но и работает как при бабушке Лермонтова Елизавете Алексеевне Арсеньевой.

Что касается сотрудничества с Лермонтовскими музеями. Мы обмениваемся выставками, участвуем в создании общих выставочных проектов, бываем друг у друга на разных мероприятиях, учимся друг у друга.

— Когда музеи связаны одним именем, принцип взаимодействия понятен. Но 200 литературных музеев России — как в этом огромном пространстве формируются взаимосвязи, как находится общее?

— Очень просто: знания и общение. Нужно иметь общность взглядов и душевную наклонность к определенному музею — это конечно. Значение играет и родственность личностей, которым посвящены музеи. Например, Лермонтов и Пушкин. Два имени неразрывны в истории. Естественно, у нас сложились хорошие отношения с Московским музеем имени Пушкина. Чего стоит выставка, посвященная 200-летию со дня рождения Михаила Лермонтова, которая состоялась в его залах! Эта крупнейшая за все время памяти о Лермонтове экспозиция включала документальный, предметный и художественный материал из тридцати архивов и музеев. Мало того, этот столичный музей сделал замечательный полный каталог!

Дружба продолжается. Не было случая, чтобы директор Евгений Анатольевич Богатырев не приехал хоть на один наш юбилей. И всегда заметит, чего нам не хватает, предложит выставку и обеспечит её материалами, если увидит что-то интересное у коллекционеров, обязательно сообщит.

Кстати, в настоящее время в музее Пушкина демонстрируется ещё одна грандиозная выставка – «Поэт и музы». В создании экспозиции участвовали 53 литературных музеев страны. Мы предоставили несколько изданий из фонда редкой книги, портреты М.Ю. Лермонтова, В.А. Лопухиной, предметы XIX века, являющиеся неотъемлемой частью жизни женщины: веер, набор для духов, вышивка бисером.

Ещё пример того, как находим общее. У Лермонтова есть поэма «Кавказский пленник». Произведения с таким же названием имеются у Пушкина и Льва Толстого. Все три автора бывали на Кавказе, правда, по разным причинам, и в этом интерес.

Четыре музея — Л.Н. Толстого (Москва), А.С. Пушкина (Москва), «Тарханы» и Лермонтовский в Пятигорске — объединились в общем проекте «Кавказский пленник». Выставка открылась в конце июля в Железноводске, в Культурном центре им. Л.Н. Толстого.

— А бывает, что музеи меняются выставками?

— Это обычная практика. За примером далеко ходить не надо. В апреле—июне этого года у нас «гостила» выставка «Повести покойного Ивана Петровича Белкина» в иллюстрациях Игоря Шаймарданова», которую привезли сотрудники музея-заповедника «Михайловское». А у них примерно в это же время демонстрировалась наша выставка «Лермонтов: судьба поэта-воина».

Часто два музея объединяются, чтобы сделать совместный проект. Так мы недавно стали работать с музеем-заповедником «Абрамцево». У нас есть общее — Михаил Врубель. Лермонтов был одним из его любимейших поэтов. Многие стихотворения и поэму «Демон» художник знал наизусть и любил их декламировать в кругу друзей. Однако иллюстрировать произведения начал только перешагнув свое тридцатилетие, уже имея творческий и жизненный опыт. Но именно Лермонтов сделал Врубеля знаменитым.

Совместно с «Абрамцево» мы создали выставку «Врубель и Лермонтов». «Тарханы» предоставили собрания сочинений Михаила Юрьевича 1860—1870-х годов, которые мог читать художник и в детстве, и в зрелом возрасте. А наши коллеги — произведения самого Врубеля. В экспозицию вошли оригинальные эскизы к картине «Демон поверженный» 1901 года из фондов «Тархан» и «Абрамцево». Роскошная получилась выставка!

— Можно ли спросить вас о личной дружбе с директорами музеев? Кого вы приглашаете, например, на свои юбилеи?

— Поймите, всё наше личное связано с профессиональным. Мы так полны своей работой, она так сидит в нас, так дорога нам и столько забирает сил, что никак нельзя отделить её от личного.

Часто собираемся, что называется, в неформальной обстановке, но о чём бы ни начали говорить, обязательно съезжаем на работу. Наверное, у многих так... Но здесь особый случай. Начинаешь говорить и возникает душевное понимание и наполнение, потому что ты не просто рассказываешь, чем занимаешься, это и так все знают, ты «переливаешь» себя в другого человека.

Так было, например, с директором Тургеневского музея-заповедника «Спасское-Лутовиново» Николаем Ильичём Левиным. Почему я сказала «было»... В конце июня мы проводили его в последний путь. Для меня это огромная личная потеря. Человек был удивительный — честный, порядочный, умный. Такой никогда не предаст, всегда защитит, но и правду скажет в глаза, даже если она горькая.

Наша дружба возникла в 1997 году, когда «Тарханы» и «Спасское-Лутовиново» вошли в перечень особо ценных объектов по одному указу. Я бывала у него много раз, сотрудники наши постоянно ездили туда и на мероприятия, и за опытом. А он тоже не пропускал наших юбилеев и праздников. И это очень много нам всем давало, потому что в общении мы находили немало общего между такими разными людьми, как Лермонтов и Тургенев. Мы придумывали интересные проекты, делали совместные выставки, учились друг у друга.

К сожалению, по причинам, от него не зависящим, Николай Ильич ушёл с поста раньше времени. Очень переживал, болел...

— Тамара Михайловна, музейщик — это призвание, талант, опыт?

— И то, и другое, и ещё много чего. Музейная работа — особенная, и музейный работник — особенный специалист. Если в каком учебном заведении и готовят музейщиков (в последнее время такие появились), то там дают лишь малую часть знаний, которые нужны. Сколько бы человек ни слушал лекций и ни читал книг, специалистом он станет, только поработав в музее, набравшись практики, напитавшись спецификой работы.

Причём разные музеи требуют разного подхода. Ты должен пропитаться духом, который там живёт, уложить в своей голове, систематизировать огромный объём информации, не потеряв при этом творческого подхода, фантазии, изобретательности. А если речь идет о заповедниках, то все эти трудности надо умножить на десять.

И чем дольше человек работает в одном музее, тем золотее он становится. И не троньте этих людей, не убирайте, сколько бы лет им ни было!

А музеев должно становиться больше. Речь идёт о богатстве интеллектуальной жизни, культуры, народного творчества. И где это богатство велико, там должен возникнуть музей.

Есть такое понятие — нематериальное наследие. Это — песни, сказки, загадки, басни, это — танцы, праздники, игры. Мы-то в «Тарханах» успели многое собрать. На этих материалах устраиваем праздники, целые спектакли. Пока есть что собирать, что сохранять и показывать, чтобы духовный щит России становился крепче.

Беседовала Светлана ФЕВРАЛЁВА.

Пензенская обл.

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: