slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

За «россиянина»ответишь!

В номере «МК» от 29 июля известный русофоб г­н Сванидзе в очередной раз пропел свою «песню» про то, что задача государства в защите прав меньшинства, а уж большинство как­нибудь само себя защитит, что национализм бывает «оправдан», когда народ борется против нацизма или советского тоталитаризма. А когда борьба окончена – он уже недопустим.
Малопочтенный Николай Карлович, папенька коего при Советах посвятил себя героической борьбе с сионизмом (он был ведущим спецом по этой теме в «Политиздате»), требует запретить национализм. «Забыв» уточнить – а что прикажете в свете ваших указаний делать с «национальными республиками», до ликвидации коих руки не дошли у Юрия Владимировича Андропова, считавшего их самой опасной заразой и даже заказавшего помощникам проект карты СССР без национально­территориального деления?!
Если уж русским запрещено быть русскими, а допустимо быть лишь «россиянами», то давайте уж истребим как понятия татар, мордву и прочих чукчей!
Н а всех нас одного Сванидзе не хватит, не может же он разорваться, отслеживая превращение «правильного» национализма в «неправильный»!
Дай Сванидзе волю – и императора Александра III заклеймит фашистом за одну лишь невинную фразу «Когда русский(!) император ловит рыбу – Европа может подождать!».
Кстати, грузин как некий единый народ придумали в канцелярии МИДа Российской империи. Для простоты учета двух десятков изрядно диких и кровожадных племен, абсолютно не желающих понимать друг друга. А Карл Нессельроде, министр иностранных дел в царствование Николая I, хлебнув кислого кахетинского вина, потом величал «кахетинцами» всех обитателей Кавказа.

Ну, а если без ёрничанья, то подмена чёткого понятия «русский» расплывчатым «россиянин» примерно то же, что и замена «воровства» «нецелевым использованием бюджетных средств». Все наши жулики чрезвычайно высоко ценят возможности филологии.
Мы, конечно, и сами во многом виноваты, не желая знать собственную родню дальше третьего поколения. Был дед – и ладно!
Наиболее заметно преобладание «граждан России» над «русскими» в возрастных категориях от 18 до 24 лет и от 25 до 34 лет (57% «граждан России» и 34% «русских»), то есть у поколения, которое вскоре встанет у власти. Тут уже не до традиционной веры, не до культуры, не до Достоевского, когда русское население «забывает», что оно русское.
А между тем русскую цивилизацию создали не «граждане России», не «россияне», а именно русские. Поэтому вплоть до начала ХХ века слово «русский» фактически являлось синонимом нынешнего слова «российский». У нас было Русское правительство (хотя не все в нём были русские), Русское географическое и Русское физическое общества, в Европе в 1907—1914 годах с большим успехом проходили «Русские сезоны» Дягилева. Не российские, а именно русские, несмотря на то что артисты и художники, участвовавшие в «Сезонах», имели различные национальности. Но это никого не смущало, так как принадлежность к русской культуре, русской цивилизации и в подавляющем большинстве — к Русской церкви делала несущественными национальные различия, и именоваться по имени титульной нации было естественным и почётным.
Поэтому и остались в мировой истории как русские(!) архитекторы­«мигранты»: Растрелли, Росси, Монферран, Бенуа...
Словом, тот факт, что Россия — детище русских, в мире нормальных людей никогда никем не оспаривался. Вам могли не нравится отдельные личности, но просто дико спорить с тем, что не мифические россияне, а русский народ овладел одной шестой частью суши, объединив вокруг себя другие народы, которые в основном разделили с ним его ценности. Какие это ценности? В фундаменте — православие; на его базе неповторимая русская культура, составной частью которой является не только великая литература, но и своеобразная политическая культура со склонностью к самодержавной, авторитарной форме правления. Причём именно народ, а не некто сверху воспринимает эту форму правления как свою родную, ибо история свидетельствует: после коротких либеральных этапов всегда следует ужесточение курса, на который Россия выходит как бы эмпирическим путем, наглотавшись разрушительной свободы.
«Либеральные зигзаги» во все времена приводили Россию к упадку не только в экономической и геополитической сферах, но, что, удивительно, в нравственной и культурной. Это лучшее свидетельство несовпадения «групп крови», или, если хотите, иммунных систем русской и западноевропейской цивилизаций. Либерализм и демократия ведут Запад по пути бесконечного технического прогресса, и это «лекарство», прописанное России, вызывает у нашего общества острый приступ аллергии.
«Ещё не всё – технический прогресс!
«Светить всегда»?! Не хватит в душах света.
Нам не помогут никакие ГЭС!»
Сегодня в Интернете болтается немало текстов про то, что устроители Февральского и Октябрьского переворотов 1917 года в России рассматривали наши страну лишь как «вязанку хвороста для мировой революции». И любое сопротивление народа ограбленной страны воспринимали как личное оскорбление.
Но когда в результате их междоусобных войн и войнушек враг оказался у ворот Москвы – они срочно вспомнили о «русских», которые только и могли спасти от неминуемой катастрофы. И по наблюдениям иноземцев, наблюдавших Россию с 41­го по 45­й год, до перелома в Сталинградской битве в речах советских вождей упоминался исключительно русский патриотизм. И только когда стало ясно, что войну выигрываем – появился «советский» патриотизм.
А потом было «ленинградское дело», когда большую группу толковых и сравнительно молодых руководителей обвинили в том, что они размечтались о русской республике в составе СССР и русской компартии в структуре КПСС.
Нынешние «борцы против национализма» под видом «защиты слабых» всего лишь возрождают вульгарное рабство: «Не согласны работать за копейки? Наймём вместо вас «братские народы».
И «проповедники», в «перестройку» обещавшие нам светлое завтра, в основе которого не будет даже слезинки ребенка, теперь кудахчут: «Так получилось! Потерпите ещё хоть лет двадцать!».
Мол, Россия многонациональная страна, в этническом котле которой за десять веков чья только кровь ни перемешалась, и русские в России – всего лишь один из многих народов. Приводят статистику о количестве проживающих в нашей (!) стране национальностей и как бы незаметно осуществляют подмену «русского» на «российский».
И вот уже как бы и нет русской культуры, а есть российская, вклад в которую все народы внесли приблизительно одинаковый. А православие вовсе не главная религия России, но лишь одна из многих религий России наряду с языческим шаманством или буддизмом. Поэтому­де, в школе надо изучать не основы православия, а некую абстрактную дисциплину о мировых религиях. Идут дальше, намекая, что русские – реакционная раса и что она, как плохой школьник, не способна усвоить простые уроки демократии и либерализма. А потому быть ей вечно на обочине Европы.
Понятно, что так наносится удар по русскому самосознанию, по коренной нации, с целью не дать русским поднять голову, но не только – происходит искажение всей русской истории. Ведь хоть на территории России и проживает множество национальностей, все же по последней переписи русские – это более 80% населения. То есть по всем канонам Россия – страна мононациональная, хотя и с большим количеством нацменьшинств, права коих, безусловно, необходимо учитывать, но никак не в ущерб коренной нации. Однако не в этом главная подмена. Основное искажение вносится в существо понятия «русская цивилизация». Её если и вспоминают, то нехотя, как нечто устаревшее и замененное некой новой либерально ориентированной Россией, где русский растворился в российском. На это легко возразить.
Скажите, где в России зримые следы какой­нибудь иной культуры, кроме русской? Нет их, потому что в России зримы следы лишь двух культур: русской и западноевропейской. Остальные культуры, так или иначе, либо интегрированы в русскую, либо находятся в тени. И это не удивительно. Притягательность русской культуры столь высока, что иные национальности верно послужили ей. В этом главная суть подмены: вклад национальных меньшинств в русскую культуру отождествляется с наличием в России некой российской культуры, отличной от русской: мол, раз Левитан был еврей, значит, он не имеет отношения к русской культуре. Но в том то и дело, что «Вечерний звон» и «Над вечным покоем» Исаака Левитана – русские картины, принадлежащие русской культуре.
Означает ли сие, что татары, башкиры, карелы должны быть обижены на исчезающее малое значение их культуры в общероссийском масштабе? Вряд ли, так как, войдя в состав России, они приняли все ее базовые ценности, в том числе и культуру, и согласились с доминирующей ролью русской культуры. Их согласие подтверждено тем вкладом, который они сами внесли в нашу общую культуру. Этот вклад стал возможен лишь потому, что русская культура стала для них родной.
Ныне все меняется, возразят мне. Православие в жизни народа не играет существенной роли, русская культура вытесняется некой универсальной культурой a­ля Голливуд. И значит, клеймо «россиянин» современного жителя России очень даже украшает.
(Окончание на 12­й стр.)
(Начало на 11­й стр.)
Увы, резоны в этом возражении есть, несмотря на то что никогда еще доля русских среди населения России не составляла столь значительной величины, как сейчас. Скажем, до революции великороссов было около 45% (в состав России тогда входили Финляндия и Польша), в СССР – чуть более 50%, ныне – аж 80%. Потому и кажется парадоксальной беззащитность русских перед исламизирующимся Северным Кавказом, нашествием инокультурных гастарбайтеров или перед жуткой этнической преступностью.
За что боролись, на то и напоролись!
Но парадокса нет. Дело в том, что русское национальное самосознание ныне находится в самой низкой точке с момента возникновения русской цивилизации.
Если русичи строили империю, пользуясь наднациональными и надэтническими ценностями – «Святая Русь», «Православие, самодержавие, народность», «Великая империя», собирая иные национальности под свои знамена, то кого может объединить лозунг «Россия для русских»? Если и может кого­то, то только на разрушительной основе. А Россия­то строилась на созидании. Для наших предков принципиально важным было вероисповедание. И в документах чаще встречалось «православный», «магометанин» или «иудей», нежели русский, татарин или еврей, сейчас же религия отошла не на второй – на десятый план. Как следствие, замена традиционных русских ценностей, которые выше простого этнического сплочения, на грубый национализм без веры и идеи.
Оговоримся: здоровый национализм полезен любому обществу, так как способствует единению нации, однако этот национализм должен нести за собой высшую идею «Я русский и я выше других, потому, что я верующий, православный и патриот», а не наоборот – «Я выше других, потому что я русский».
В этом, собственно, и заключается нынешняя подмена цивилизационных основ. Как в компьютере можно заменить дискету с программой и он станет работать по­ иному (или не станет работать вообще, если программа ошибочна), так и у цивилизации можно подменить ее цивилизационные основы и коды.
В практическом плане это выглядит так: пресекаются все, даже самые безобидные попытки русского большинства самоорганизовываться, будь то изучение своей истории (многострадальный курс «основ православной культуры»), будь то создание умеренных националистических партий (вспомним судьбу «Родины»). Преувеличенно раздувается опасность национализма, который ассоциируется исключительно с русскими; так любое преступление против выходцев с Кавказа квалифицируется исключительно как преступление на национальной почве, в то время как большинство из них – криминальные.
А что взамен? Взамен предложена идеология безнационального россиянина. И в придачу культ материального и рационального. При этом не учитывается, что у России иные корни, и она в принципе не должна гнаться за западной цивилизацией. Ни в плане материального накопления, ни по темпам технической революции, ни по масштабам научных открытий с Западом не может сравниться ни одна из существующих цивилизаций, как ни одна не может повторить культуру Древней Греции.
Стоит ли по этому поводу комплексовать?
Нет, ибо если Запад вгрызается в тайны материального мира все ускоряющимися темпами, то Достоевский приоткрыл тайны душевного и духовного мира человека, как ни один из других писателей мира. Так почему мы решили, что двигатель Даймлера и Бенца большее достижение, чем роман «Преступление и наказание»?
В фундаменте любой цивилизации лежит основополагающий этнос; в Израиле — евреи, в Турции — турки, в России — русские. Иные национальности укрепляют фундамент, как камни, замешанные в бетон, однако не удержится фундамент, в котором камней (иных национальностей) больше, чем бетона (основной этнос).
Россия рухнет, как только ее перестанет скреплять бетон русской этничности. И не стоит обольщаться нынешней кратковременной стабильностью и полагать, будто в поднимающейся на нефтяных дрожжах России что россиянин, что русский – один чёрт. Ничто не предвещает нам спокойного XXI века, а значит, конфликтов и войн не избежать. Кто одержит победу в этих конфликтах? Россиянин? Нет, он уже смирился с секулярным (читай – безнравственным) характером государства, по вечерам с нетерпение ждет концерта Верки Сердючки или «Фабрики звезд» и ничего не имеет против очередного аборта жены. Не будет он сопротивляться и угрозе разрушения своей страны. Зачем, ведь россиянину­азербайджанцу никто не помешает торговать на рынке, а россиянину­китайцу «осваивать» Дальний Восток. Сохранить государство могут только русские. Мы создали эту цивилизацию, нам её и защищать. Наши враги это давно поняли. Когда поймем это мы, русские?
 
Сергей ПЕТРОВ.

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: