slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Виталий Старцев – летописец русской революции

В моём подъезде, как и во множестве иных московских домов, стоит коробка из-под ксерокса, примерно такая же, в которой Чубайс и его подельники умыкали пачки долларов. Как и мои соседи, я каждый день кидаю туда пачку мерзких рекламных листов, которые мне опускают в почтовый ящик. Меж тем известно, что в России недостает школьных учебников, а некоторым родителям трудновато их приобрести.

Тиражи серьёзных книг в России ужасающим образом упали. Недавно в «Новом мире» опубликовали отзыв на книгу солидного провинциального автора, указан тираж – 100 (сто) штук! Ясно, что это сочинение никто не сможет прочесть, а в библиотеки она не попадёт. Пресловутый «самиздат» советских времен распространялся куда шире.

Замечательный русский историк Виталий Иванович Старцев (1931—2000) всё своё плодовитое научное творчество посвятил углублённому изучению 1917 года, этого рубежа российской и – без преувеличения – всемирной истории. Скажем кратко: не поняв истоков и следствий нашей великой революции, невозможно правильно оценивать наше настоящее. Старцев сделал для этого понимания, пожалуй, более всех своих коллег, как соратников, так и его идейных противников. Как и положено, у нас, русских, при жизни был недооценён и получил лишь какую-то осьмушку полагавшейся ему славы. Но кривая нас всегда вывозит. Так и тут: недавно в Петербурге вышла книга «Старцевские чтения. К 75-летию профессора В.И. Старцева», изданная его коллегами и учениками по Педагогическому институту имени Герцена. Тираж книги до обидного мал, но тем паче мы считаем нужным оповестить о появлении этого труда возможно более широкий круг читателей.

Сотоварищами Старцева в своё время были люди, поистине значительные. Имена Олега Николаевича Знаменского, Владислава Ивановича Кардашова, Юрия Сергеевича Токарева и Валерия Александровича Шишкина памятны и знатокам, и любителям отечественной истории. Они тоже скончались, и тоже, как и Старцев, не от счастливой жизни. Близким другом Старцева был в своё время и автор этих заметок, но меня к участию в сборнике не пригласили, и не случайно, ибо среди самозваных старцевских наследников есть лица, которые придерживаются иных идейных воззрений. Что ж, кратко выскажемся здесь.

Наш яркий (и очень весёлый, кстати) научный кружок сложился в примечательные 60-е годы. Теперь определённой группой свидетелей внушается представление, что так называемые «шестидесятники» были сплошь либералами с антисоветским акцентом и с перспективами выезда «за бугор». Это совершенно не так. Мы, в частности, никакими либералами не были, пошлой антисоветчиной не забавлялись, а забугорный отъезд был для нас невозможен даже юридически. Правда, мы ненавидели так называемую марксистско-ленинскую науку, которая вовсе не была  наукой, но на этом наша «антисоветчина» исчерпывалась. На наших постоянных и горячих собеседованиях мы выпивали немного (а Старцев вообще не был до того охотник) и обсуждали в основном исторические проблемы. Жили мы тогда общественными интересами и много публиковались. Вместе со Старцевым, например, мы несколько раз выступали в знаменитом тогда «Новом мире» Твардовского, разнося в пух и прах халтурщиков, подвизавшихся вокруг кормушки по истории рабочего класса или комсомола. Нас за то бранили в газетных статьях, и даже в столичной печати, но мы не робели, а, напротив,  гордились этим. Удалось нам проникнуть и в популярнейший тогда литературно-исторический альманах «Прометей». Помню, дарил я в ту пору Старцеву какоё-то своё сочинение и подписал шутливым стишком:

В прометеевском притоне

Обольстив девиц,

Воспевает Нахимсона

Через третьих лиц.

Два слова в пояснение. «Девица» — это редактор альманаха, а небольшую заметку о Симоне Нахимсоне, бывшем бундовце, а в 1918-м большевистском комиссаре в Ярославле, написала сотрудница архива, где работал Старцев, ей симпатизировавшей. Мы подсмеивались над ним, но вотще, сердцу не прикажешь.

Видимо, главной монографией Виталия Старцева стала «Революция и власть», изданная в Москве в 1978 году. Бережно храню её с надписью на титуле: «Дорогому Серёже от автора». Работа посвящена конкуренции Временного правительства и Петроградского совета и – главное – их тайным связям. Старцев  строго научно затронул запретную до тех пор тему масонства.

Что тут началось! Сам академик И.И. Минц, комиссар Гражданской войны, а потом «красный профессор», печатно и не раз, выбранил Старцева. Цитируя Маркса и Ленина, он внушал автору и читателям, что масоны – миф, а главное – это классовая борьба. Но боевой Старцев и не вздумал поднимать руки, а ухитрился ответить публикацией «Русское политическое масонство. 1906—1918 гг.», появившейся в малотиражном журнале «История СССР» (1990, №1). Она до сих пор не утеряла своего значения.

По нашему тогдашнему обыкновению я откликнулся стишком:

Ныне мир преобразился,

Все враги упали ниц,

Наконец-то появился

У России русский Минц.

Научное наследство Виталия Ивановича Старцева не только востребовано сегодня, оно нуждается в изучении и продолжении.

Сергей Семанов.

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: