slovolink@yandex.ru

Сотни смоленских Хатыней

Сотни смоленских хатынейВсё дальше уходят от нас трагические дни Великой Отечественной войны 1941—1945 годов. Всё меньше становится очевидцев тех драматических событий, которые происходили в оккупированных агрессорами с Запада областях России. Смоленщина стала одной из них. В предвоенный период в современных границах население Смоленской области по переписи 1939 года составляло 1млн 987 тысяч человек, по национальному составу около 97 процентов населения составляли русские.
К сожалению, до настоящего времени карательные операции оккупантов против мирного населения Смоленской области остаются малоизученными. До сих пор нет общей базы данных, открывающих трагические страницы массового уничтожения мирных жителей России гитлеровцами. Нет и общенационального мемориала, дани памяти безвинно загубленных в основном женщин, стариков, детей. Я попыталась, используя архивы, опубликованные источники, вещественные доказательства, такие как братские могилы, обелиски и памятники, на которых есть надписи, какому событию посвящён тот или иной памятник, составить базу данных. В моём списке 83 населённых пункта Смоленской области, где были фашистские концлагеря для военнопленных, лагеря для мирного населения, гетто, тюрьмы, гестапо. Кроме этого в списке более 500 городов, сёл и деревень Смоленской области, где захватчиками совершены массовые убийства мирного населения, в их числе сожжение людей заживо.
С середины июля 1941 года по конец сентября 1943 года смоляне находились в оккупации. Смоленская область была буквально нашпигована фашистскими войсками. Для массового истребления военнопленных и мирных жителей Смоленщины на оккупированной территории были созданы более ста лагерей смерти. Они стали неотъемлемой частью гитлеровского режима.
Как свидетельствуют документы Чрезвычайной государственной комиссии: «Массовая гибель военнопленных имеет место не только в лагере для военнопленных, где они злодейски истреблялись, но и в пути следования. Дороги, по которым немецко-фашистские захватчики вели пленных, покрывались трупами замученных и убитых. Так, например, на судебном процессе над фашистскими преступниками в Харькове вскрылось, что из 15 тысяч человек заключённых, отправленных из Вяземского лагеря в Смоленск, к месту назначения дошли только 2 тысячи человек. <…> В Смоленском лагере № 126 истреблены не менее 115 тысяч военнопленных, в Рославльском — 120 тысяч, Вяземском — 15 тысяч, в Сычевском — свыше 3 тысяч, Дорогобужском — свыше 1800 человек и т. д. Гибель военнопленных (расстрелы, сожжения и т.д.) небольшими группами на остановках или этапах следования отмечается в актах почти всех районов».
Убивая людей в концлагерях, гитлеровцы проводили над ними чудовищные медицинские эксперименты. Как сообщает газета «Правда» от 21 декабря 1945 года, в декабре 1943 года в Смоленске осудили нескольких оккупантов. На скамье подсудимых Смоленского процесса (15–20 декабря 1945 г.) были десять унтер-офицеров и ефрейторов военнослужащих гитлеровской армии. Все они признались в своих жестоких преступлениях. Как пишет газета: «Р. Модиш — лекарский помощник 551 военного лазарета лично брал для солдат вермахта кровь у советских детей — вплоть до смерти от истощения».
Из материалов следствия: «У пленных бойцов и командиров РККА производился забор крови с последующим переливанием её раненым гитлеровцам. Военными врачами отдавалось предпочтение крови детей и подростков из жителей города или детских учреждений. Родителям детей объяснялось, что детей забирают на излечение и что они должны быть благодарны германским властям, заботящимся об их детях. Забиралась кровь в количестве 600–800 кубических сантиметров одноразово. Вследствие большой потери крови дети тут же погибали. У советских военнопленных в госпитале откачивалась спинномозговая жидкость с целью её дальнейшего использования при лечении немецких военнослужащих. После проведённых экспериментов военнопленные, как правило, умерщвлялись как не представляющие интереса для медиков».
В газете сообщается: «В лазарете у смолян извлекали части роговой оболочки глаза, которая затем пересаживалась раненым немецким офицерам. Для тестирования лечебных средств Модиш заражал кровь раненых советских военнопленных. Ежедневно таким способом убивали по 180—200 человек, а всего за время службы Модиша в лазарете были умерщвлены 3500—4000 советских военнослужащих».
Из материалов следствия: Модиш Рудольф, 1912 года рождения, уроженец Берлина, немец, беспартийный, старший ефрейтор. Объясняя своё участие в зверствах, он говорил, что «в каждом русском мы видели лишь животное. Совершая убийства и другие преступления, мы не задумывались над этим, так как в наших глазах русские не были людьми».
Из газеты: «Й. Райшман — был дрессировщиком собак. В «кровавую ночь» (по его выражению) октября 1941 года по улицам Смоленска двигалась колонна советских военнопленных. Без приказа Райшман и другие солдаты открыли стрельбу по колонне, убивая беззащитных людей десятками. Райшман участвовал в массовом расстреле мирного гражданского населения в посёлке Монастырщина и в нескольких деревнях под Смоленском».
Из материалов следствия: Райшман Иозеф, 1910 года рождения, немец, уроженец деревни Ритгольф, района Линдау (Германия), старший солдат 350-го пехотного полка 14-й пехотной дивизии германской армии.
В газете сказано: «Р. Киршфельд лично командовал карательным отрядом, расстреливал жителей деревень, жёг их дома, травил арестованных евреев в автомобилях-душегубках».
Из материалов следствия: Киршфельд Роман-Роберт, 1905 года рождения, немец, подданный Германии, переводчик германской военной комендатуры в составе 335-го и 490-го охранных батальонов, унтер-офицер. Подсудимый участвовал во многих карательных операциях и расстрелах мирных жителей Смоленской области. Некоторыми акциями руководил лично. Сжигались деревни, присваивалось имущество.
Из материалов следствия: Эверст Эрих, 1907 года рождения, немец, уроженец города Кёльн, беспартийный, по профессии архитектор, командир отделения 490-го охранного батальона германской армии, дислоцировавшегося в Смоленске. Будучи командиром отделения 490-го охранного батальона, участвовал в регулярных карательных экспедициях. Впервые как палач он проявил себя в селе Выдра, северо-западнее Смоленска. Происходило это в конце июля 1941 года. Там гитлеровцы расстреляли около ста мирных селян. Эвертс лично расстреливал людей, принимал участие в сожжении сорока деревень и расстреле мирных жителей. Кроме того, подсудимый признался в расстреле группы подростков, подозревавшихся в связях с партизанами. Все дети были убиты выстрелами из пистолетов в затылок.
Сообщение газеты «Правда»: «На основании статьи 1-й Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 года военный трибунал приговорил к смертной казни через повешение семерых преступников, трое получили различные тюремные сроки. При большом стечении народа на Заднепровской площади города Смоленска 20 декабря 1945 года приговор в отношении преступников, приговоренных к смертной казни, был приведён в исполнение».
Деяния и сведения о некоторых военных преступниках привожу с тем, чтобы опровергнуть утверждение, что зверства чинили только эсесовцы. Все десять осуждённых не принадлежали к СС.
За немногим более чем два страшных года оккупации, проводя политику геноцида по отношению к мирному населению Смоленщины и военнопленным, нацистами совершены десятки тысяч преступлений против человечности, их жертвой стал каждый третий житель области. Документы, хранящиеся в архивах, свидетельствуют о том, что немецкие каратели сожгли дотла более пяти тысяч смоленских сел и деревень, из них, только по моим спискам, вместе с мирными жителями сожжено 109 деревень.
Приведу лишь несколько примеров о численности жителей до и после гитлеровского нашествия. В 1939 году в Гагаринском районе было 45 653 человека, в 1943 году после освобождения осталось 21 862; в Демидовском было 47 660, осталось – 19 850; в Духовщинском – 49 713, осталось — 15 097, Пречистенском районе (упразднен в 1961 году) было 49 556 человек, осталось — 9 699 и так во многих районах области.
Был ли случайным геноцид жителей оккупированных территорий? Разумеется — нет. Из директивы А. Гитлера министру по делам восточных территорий А. Розенбергу о введении в действие Генерального плана «Ост» (23 июля 1942 г.): «Славяне должны работать на нас, а в случае, если они нам больше не нужны, пусть умирают. Прививки и охрана здоровья для них излишни. Славянская плодовитость нежелательна ... образование опасно. Достаточно, если они будут уметь считать до ста... Каждый образованный человек — это наш будущий враг. Следует отбросить все сентиментальные возражения. Нужно управлять этим народом с железной решимостью… Говоря пo-военному, мы должны убивать от трёх до четырёх миллионов русских в год…». Комментарии, думаю, излишни.
Советский воин, освобождая свои города и деревни, видел эти страшные изуверства. Каким же нужно обладать мужеством и силой духа, чтобы зажать свою боль, справиться с ней. Таков был советский солдат. И вот он пришёл в логово врага и… не стал мстить ему подобным образом. Он сломал хребет коричневой чуме фашизма в форме гитлеровского вояки. И сейчас, когда фальсификаторы истории пытаются все извратить, пусть знают, что мы ничего не забыли. Мы все помним…
Евгения ПРИШЛЕЦОВА, член Союза журналистов России.

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: