slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

СЧАСТЬЕ ДЛИНОЮ В ВЕК

Художник КОЗЛОВРусской династии известных художников Осиповых — Фёдоровых

100 лет. Дата, отмеченная выходом книг, публикациями, выставками, в том числе и зарубежными. Сегодняшняя встреча с заслуженным художником РФ Марией Владиславовной Фёдоровой предоставляет возможность ощутить чистоту родника талантливой семьи, из рук в руки передающей палитру творчества со всеми цветами радуги человеческих чувств и переживаний.

– Машенька, как мы познакомились? Не в укор своей памяти, из которой ничего не выветрилось, задаю вопрос, а для читателя, всегда ожидающего от собеседников последовательности в развитии повествования.

– Мы встретились на Беговой, в Союзе художников на очередном партийном собрании секции театра, кино и телевидения. Я только начинала привыкать к вашему коллективу, в который перешла из отделения прикладников-керамистов, ощутив в себе непреодолимую тягу к действу, к спектаклю костюма.

Произошло это в 1982 году.

– Какие замечательные люди были у нас! Но твой приход стал заметным явлением, а эти замечательные люди-художники не затмили появления в секции ещё одной «творческой единицы».

Твои умные глаза, женственность, всегда хорошее настроение, блестящее знание английского, но прежде всего одарённость тонкого живописца и незаурядного модельера-стилиста отметили все.

– Спасибо! Надеюсь, очаровательный комплиментаж звучит не с позиции тогдашнего замсекретарства твоего, когда ты чинно и скрупулезно собирал с нас партвзносы?

– Машенька, мы в любой ситуации оставались нормальными, естественными и искренними, не так ли?

– Запомнила реплику нашей партсекретарши: «Опять Козлов и Зайцев отсутствуют! Начнем собрание без зверинца». Зная чёткость Славы в любом деле и твою исполнительность, Леонид, расцениваю эти партприставания к вам заорганизованностью системы.

– Многих чудных художников того периода уже не досчитать в наших рядах – Араловой, Дешалыта, Роднянского, Наумовой, Гусевой…

– Жизнь продолжается с непреходящей сердечной памятью об ушедших наших друзьях-коллегах.

– Ты с молодых лет была наполнена выставочной жизнью, экспонируясь на «персоналках», групповых отчётах секции в столичных залах и в картинных галереях многих городов.

– Посмотри, что достаю из стола. Книгу отзывов на одну из своих первых экспозиций. Читаю твои строки, написанные более 20 лет назад:

«До чего же тёплая, домашняя, сердечная – одним словом, добрая выставка Маши! Свободный рисунок фигур, на которых живописно расположились «декорации» цветовых пятен, всегда гармонично и глубоко продуманных. Современно, раскрепощённо и в то же время в лучших традициях художников русской театральной рампы – Головина, Бакста, Федоровского…

Спасибо за твоё искристое лучезарное дарование!

4 января 1987 года».

– Ну что ты мне читаешь меня! Давай пробежимся по высказываниям других, если хочешь вспомнить настроение того светлого вернисажа. Искусствовед Валерия Карпова оставила, например, такую запись: «Большое влияние, Машенька, на вас оказало творчество В. Фаворской. Это чувствуется в ваших замечательных живописных этюдах, хотя манеры письма её и ваши разные…»

– Перебью твоё художественное чтение. Хочу подробней рассказать о Вере Васильевне Фаворской. Она занимает значительное место в моём формировании.

В свои 15 лет я оказалась на распутье раздумий: продолжить обучение иностранным языкам или избрать искусство? Мама моя училась у Фаворской в Суриковском институте, была близким ей человеком. Привела меня к ней в знаменитый дом на углу Долгого и 3-го Неопалимовского переулка, где жили и творили Кандинский, Степанова, Родченко, семья одного из братьев-киноплакатистов Владимира Стенберга.

У Веры Васильевны и её мужа, тоже известного художника Ивана Ивановича Чекмазова, скончавшегося ещё до моего знакомства с ней, часто останавливался учредитель «бубнового валета», академик-живописец Куприн – редкого дара колорист.

Она – любимая ученица Фалька.

Перечисляю эти волшебные имена искусства и понимаю: все они сфокусировались, впитались в личность Фаворской, щедро делившейся своим опытом, знаниями, профессиональным умением не выборочно, а с каждым, кто к ней обращался даже с самой незначительной просьбой.

По её совету я поступила в Московский текстильный институт.

– Она верила, вполне понятно, по складу своей творческой натуры, что в твоём вузе ещё живы традиции ВХУТЕМАСа.

– Действительно, традиции эти надолго сохранились в моем институте.

– Какой у нас мемуаристый разговор получается!

– Мы с тобой живые, реально глядящие друг на друга собеседники, а говорим только о днях прошедших…

– Ты не учитываешь, что в нашей беседе принимает участие и третий человек.

– Кто?

– Его величество Читатель. Для него и некоторая приподнятость слога и такой подробный экскурс в прошлое.

– Но Собеседник-3 не нуждается ни в какой пафосности, о ком или о чём ни шла бы речь.

– Кроме разве что истории, к которой всегда относишься с пиететом. Поговорим о твоей замечательной родословной линии.

– Ты достаточно об этом читал. Мне интересно, как через литературные публикации тебе представляются люди из другой эпохи, с которыми никогда не встречался.

Расскажи мне о моих родных.

– У твоей династии самый что ни на есть круглый юбилей. В начале прошлого века сын крестьянина Кашинского уезда, дедушка твой из Тверской губернии Саша Осипов стал учеником иконописной мастерской в Петербурге. Затем он продолжил образование в школе «Общества поощрения художеств».

Успешно её завершив, Александр был принят и блестяще окончил Петербургскую академию художеств. Живопись, плакат, книжная графика, педагогическая деятельность протяжённостью в 30 лет – такова духовная и профессиональная жизнь Александра Ефимовича Осипова. Не изменявшего своим принципам живописца-реалиста.

– Ритм его работ всегда был классически размерен. Настроение холстов созерцательное. Краски изысканно сдержанны и чисты.

– Твой отец, Машенька, тульчанин Владислав Георгиевич Фёдоров учился в Московской художественной школе с момента её основания…

– Ты не упомянул мою бабушку, о которой я так непозволительно мало знаю. Тихая русская женщина, подарившая мужу спокойствие в работе и творчестве. Родила ему двух сыновей, ставших архитекторами, и дочку – мою маму.

– Низкий поклон её семейному подвигу. По сути она и есть основа вашей династии…

В Великую Отечественную Владислав воевал на Западном фронте. Став студентом Суриковки, прошагал и объездил с этюдником всю страну. А вернулся в Протасово – деревню в Тульской области, где прожил ещё 12 трудовых лет до последних своих дней.

Пейзажи его явно ориентированы на пластичность языка импрессионистов и постимпрессионистов. Угадываются традиции любимого учителя Сергея Герасимова, что подтверждает и очень выразительный по темпераментному удару кисти автопортрет Фёдорова, ставший собственностью Третьяковской галереи.

– Прихвастну, что Сергей Васильевич брал к себе в мастерскую только самых одарённых. Папа мой «проходил» у Герасимова как отменный колорист.

– А мама твоя, Тамара Александровна Осипова, ставшая после замужества Фёдоровой, получила, как и её супруг, среднее и высшее художественное образование. Творческий путь начала маринисткой. После морских мотивов её увлёк спорт. И затем счастливейшая встреча с балетной труппой Большого театра – Галиной Улановой, Екатериной Максимовой, Владимиром Васильевым, Наталией Бессмертновой, Марисом Лиепой, Юрием Григоровичем, Михаилом Лавровским, Майей Плисецкой, Еленой Рябинкиной…

– «Её живописное искусство, – сказал Марис на открытии персональной выставки мамы к 200-летию Большого театра, – сродни самому искусству балета». Мамины произведения представлялись на аукционе Друо-Ришелье в 1991 году в Париже.

Она восхищалась жизнью! Всегда, даже в самые трудные мгновения судьбы, и восхищение вкладывала в свои лёгкие, воздушные, светоносные работы.

– Вот мы добрались и до тебя. В
5-летнем возрасте – кому сказать! – ты умудрилась влюбить в себя Корнея Ивановича Чуковского, восхитившегося твоими иллюстрациями к его книге «Бяка-закаляка». Собственно говоря, ты всех влюбляла в творчество своих рук.

Помимо живописной стези тобою избран путь модельера. За эти годы состоялось твоё солидное творческое досье: костюмы для солистов оркестра Леонида Утесова, Общесоюзного дома моделей одежды, Государственного ансамбля танца России, ансамбля под руководством Надежды Бабкиной «Русская песня»…

– Комфорт тела поднимает дух, организовывает на плодотворность деяний.

– Для тебя костюм – это спектакль, играемый в жизни. Исполняемый на улице, в метро, на работе, в быту. И неотъемлемую часть повседневности ты хочешь сделать эстетичной, элегантной, внутренне праздничной.

– Стремлюсь к тому, чтобы танцевальные сцены выглядели, как живописное полотно, – это мой способ создания произведения искусства, моё продолжение живописной традиции семьи. Главное – образ, настроение, выражение музыки средствами цвета, формы и линий. В театральном искусстве есть дополнительный фактор, усиливающий впечатление, – это движение, изменение общей картины, перемещение масс в пространстве. Картина всякий раз меняется, живёт. Может быть, поэтому я люблю создавать серии графических работ, что даёт возможность развить мысль, показать её наиболее полно и убедительно. Главное – не средство, а художественный уровень произведения, которое может быть написано маслом на холсте, изваяно в бронзе или создано из ткани – значения не имеет. Главное, чтобы выбор материала наиболее точно соответствовал замыслу.

– Но выступления солистов и ансамблей не всегда проходят в концертных залах и на сценических площадках, но и на подиумах парков или деревенских клубов, где в лучшем случае висит «дежурный» задник.

– При полном отсутствии оформления сцены, элементов декорации костюм несёт основную смысловую, декоративную нагрузку. Работу костюмера видят миллионы, и ответственность в формировании вкуса этих миллионов зрителей чрезвычайно велика.

– В твоём костюме ощутимы корни народного искусства, созвучного веяниям современной моды.

– Много лет изучаю русское национальное искусство. Стараюсь найти в нём наиболее созвучное сегодняшнему дню. Нравится создавать новые формы – объёмы и силуэты костюмов. «Дымковские игрушки», к примеру. Ищу новые приёмы оформления: тиснение и плетение по коже в сочетании с грубой мешковиной в костюмах «фольк-рок», навеянных образами Древней Руси, доспехов воинов, ввожу яркое живописное полотно в сериях «Казачьи», «Русские цыгане», «Русский батик».

Костюмы «Ностальгия» отличаются сочетанием розовых и серебристо-жемчужных тонов. В каждом случае ставлю задачу раскрыть образ вместе с постановщиком танца. Иногда форма решения моего костюма подсказывает движение хореографу. Большое внимание уделяю деталям-отделкам, аксессуарам. Люблю использовать аппликацию, вышивку, обогащая полотно ткани и соединяя разные предметы в единое целое.

– Ты много работала и выставлялась за границей.

– Выставки проходили в Германии, Бельгии, во многих штатах США, где помимо участия в открытии вернисажей мы с сыном встречались с потомками русских эмигрантов, выступали с лекциями о русском искусстве.

– Расскажи о сыне. Гордости твоей.

– Вырастила его одна. Помогали родители.

Даниилу —28. Окончил художественно-графический факультет Московского государственного педагогического университета, вступил в Московский союз художников.

Его работа «Сырая зима в деревне» была представлена в Третьяковской галерее на итоговой выставке Первого Всероссийского конкурса молодых художников имени Третьякова.

– Но не с Третьяковки же началась его жизнь!

– Не премину вспомнить эпизод, хранимый нами как семейная реликвия.

Мальчик наш только родился, и мама моя прогуливала его в коляске полевитановски позолоченным осенью Сокольникам. А навстречу ей стайка воркующих старушек. Посмотрела в их сторону и остановилась, как вкопанная. Да это же Раневская в окружении своих поклонниц! Глаза Фаины Георгиевны и Тамары Александровны встретились. Раневская спросила с обвораживающей улыбкой, не спит ли чадо, вернее, чудо и не нарушит ли своим взглядом спокойствие малыша? Приподняв шторку колыбели, она тихо произнесла: «Какой милый, он будет обязательно счастливым!»

Мама, не помня себя от восторга, еле добралась домой, чтобы рассказать о пророческой доброте великой актрисы.

– Красивая история с таким напутственным предвидением!

– Данил, так часто слышавший пересказ этой сокольнической сценки, настолько вжился в неё, что уверяет: «Я помню эту неповторимую Муляненервируйменя!»

Фразу, подаренную Раневской ее близкой подругой Риной Зелёной. Рина Васильевна мне об этом рассказывала в одну из наших встреч.

— Но мальчик твой, Машенька, нарушает все законы биологии. Ведь память человеческая «включается» лет с 3–4-х, а ему, простите, вам, Даниил, в ту пору было месяца полтора, как я понял?

Хорошо, что вы пришли и включаетесь в наш разговор. Непосредственно у вас спрошу, тяжела ли для вашей молодой головы шапка юбиляра, которую вы примерили в столь раннем возрасте?

– В моей родословной надо было либо продолжить традиции семьи живописцев, либо пойти дорогами совершенно противоположными.

Первые уроки рисования и цветописьма я получил дома, не выходя на улицу. Особенно сильное влияние на меня оказал мой дедушка Владислав.

Еще подростком начал ездить в Соединенные Штаты. В 16 лет у меня впервые купили картину – представьте себе, что это значило для возраста, в котором я находился. И куплена она была не кем-нибудь, а сенатором!

Неизгладимо впечатление от непосредственной встречи с шедеврами мировой живописи в лучших музеях Вашингтона, Нью-Йорка, Чикаго. Америка необыкновенно богата выдающимися произведениями искусства.

Путешествовал на машине и мотоцикле. Я побывал в Калифорнии, Вермонте, Нью-Хэмпшире, Индиане, Теннеси, изнутри познавая жизнь этой удивительной, динамичной страны.

– Что для вас наиболее ценимо в искусстве художника?

– Свобода эксперимента. Возможность поиска себя в различных направлениях – от русской живописной школы до абстрактных полотен. От реалистически продуманных и тщательно исполненных композиций до композиций бессюжетных, раскрепощенных.

– Над чем сегодня трудитесь?

– Пишу галерею современников, живущих и созидающих рядом со мной. Энергетику и неповторимость их острее и приближённей к восприятию нынешнего времени, на мой взгляд художника, отражает стиль нео поп-арт.

– Машенька, как оцениваешь живописный труд сына?

– Кому вопрос задан: маме, зрителю, художнику?

– «Собирательной» Маше.

– Данилка вышел, и могу быть более откровенной, хотя никакое слово – плохое, хорошее – его не достаёт. Он крепко стоит на принципиальных своих позициях, а если вступает в конфликт, то лишь с самим собой!

С художниками и критиками борется, спорит, доказывает только своими работами – это настоящий принцип настоящего художника.

Он помогает мне быть в форме – энергичной и молодой. Мы вместе работали над картиной «Балет», экспонирующейся ныне в Российском культурном центре Посольства РФ в Вашингтоне.

Часто бываем в США, где рассказываем о России, ее природе и людях. Это нам делать легко на основе выставок работ нашей творческой династии. Средствами искусства рассказываем о жизни Отечества на протяжении всего XX века.

Наши циклы картин «Четыре поколения в русском искусстве: Осиповы и Фёдоровы» тепло принимались в академических кругах и широкой зрительской аудитории Америки, о чем сообщалось в газете «Саут бенд трибюн» и в других печатных органах.

– С нашей стороны Никита Михалков, президент Российского фонда культуры, поблагодарил Даниила за участие в выставке «Династия».

– Данилка талантлив и другим быть не мог. С детства он в атмосфере творчества. Писать красками у нас было так же естественно, как говорить и дышать.

В ранних натюрмортах он уже достигал взаимодействия цвета и формы. Профессионалы знают, как это трудно.

Данила пишет деревню – холодную, неуютную, слякотную – не с позиции столичного высокомерия, а как родное, милое и дорогое сердцу жизненное пространство Родины.

Работая над московским пейзажем, конструктивно крепко строит композицию, всегда с настроением мажорности и жизнеутверждения.

Он восхищен природой красоты женщины, каждой из которых готов исполнить гимн восторга, и часто в полотнах у него это получается.

– Даниил осваивает, и довольно успешно, новый стиль, близкий к поп-арту, – мэйн арт, в котором так неожиданно и органично соединились поиски художников-шестидесятников и гламурный блеск дня нынешнего.

– Будучи человеком нового времени, он использует новый инструментарий – компьютерные технологии, привнося своё изысканное чувство цвета, энергетику живого мазка. В этих работах удачно сочетаются современные технологии и живописная традиция. Размер изображаемой модели больше натуральной величины, что придает холстам его определённую монументальность, плакатность и даже рекламность, созвучную восприятию современного человека.

– В твоем доме царит гармония. Духовная, творческая, что накладывает отпечаток и на «внешность» твоего быта. Интерьер квартиры – портрет хозяйки.

– Кухня, ванная, кладовка – всё «второстепенное» уведено в сторону. Главная комната должна встретить гостя потоком света, незаставленностью, свободой дышать и желанием подойти к широкому окну, за которым раскрывается лучший вид Москвы – торжественное величие Ломоносовского университета на Воробьевых горах.

– Ты более чем востребована как художник. У тебя завидное родительское прошлое. Ты вырастила сына – достойную всем вам смену. У тебя прекрасная новая квартира, благоустроенная мастерская…

Большего счастья не пожелать!


 

Леонид КОЗЛОВ

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: