slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Русские в борьбе за свободу сербов. Николай Раевский

2 сентября 2016 года исполнилось 140 лет со дня геройской гибели Николая Николаевича Раевского, друга сербов, славянофила, внука знаменитого героя Отечественной войны 1812 года генерала Раевского. Эта памятная дата в истории сербско-русского братства ещё раз возвращает нас к словам  великого Достоевского: «Из русской крови, пролитой в Сербии, взрастёт и сербская слава». Так пусть же вечной будет слава и благодарность полковнику Раевскому и всем русским героям, отдавшим свои жизни за свободу Сербии!
Известно, что русские добровольцы в большом количестве прибывали на помощь сербам практически во всех войнах, которые сербский народ вел за свое освобождение. Многие спрашивают: что побуждало их к этому? Похоже, что лучший ответ на этот вопрос дал Ф.М. Достоевский в своем «Дневнике писателя». Он пишет, что русский народ глубоко сознает ту роль, которая определена ему самим Промыслом Божьим – обеспечение чистоты православной веры и защита православных народов. «Россия сильна народом своим и духом его, а не то что лишь образованием, например, своим богатством, просвещением и пр., как в некоторых государствах Европы, ставших за дряхлостью и потерею живой национальной идеи совсем искусственными и как бы даже ненатуральными».
Будучи глубоко убежден, что «русская идея» присуща каждому русскому и она не есть лишь вопрос этноса, он пишет: «Если народ понимает славянский и вообще восточный вопрос лишь в значении судеб православия, то отсюда ясно, что дело это не случайное, не временное и не внешнее лишь политическое, а касается самой сущности русского народа, стало быть, вечное и всегдашнее до самого конечного своего разрешения». Если принять эту точку зрения, то становится ясным, отчего столь большое число русских добровольцев было готово погибнуть за свободу своих православных славянских братьев.

Из такого состояния духа народного пророс и герой нашего рассказа, сербский доброволец полковник Николай Николаевич Раевский, имя которого в Сербии часто связывают с графом Вронским, героем романа Толстого «Анна Каренина». Родился в Керчи 5 ноября 1839 года, а погиб у Алексинца 20 августа (2 сентября по новому стилю) 1876 года. Ему было всего четыре года, когда он остался без отца, воспитывался под присмотром своей энергичной и образованной матери. Ещё в детском возрасте учился и жил в Италии, Франции, Англии, а в 17 лет приехал на учёбу в Москву. Там быстро сблизился с кружком известного славянофила Аксакова, познакомился с «сербским вопросом» и уже тогда стал большим поборником защиты славянства. Так что разговоры о том, что воевать за Сербию он прибыл только из-за смерти любимой жены, на мой взгляд, не выдерживают критики.
Военное призвание было у него, что называется, в генах. Отец его был генералом, основателем города Новороссийска — об этом писал гениальный Пушкин в поэме «Кавказский пленник». Дед его также был генералом, героем войны с Наполеоном, о чьей отваге пишет Толстой в романе «Война и мир». К тому же к оказанию помощи Сербии Николай Раевский был привлечён через Славянский комитет. Будучи выпускником физико-математического факультета Московского университета, он, тем не менее, очень скоро показал наличие способностей и интерес к литературе, изучал и историю славянских народов, говорил на нескольких языках (свободно на французском, немецком и английском, понимал и сербский).
Такая разносторонность не удивляет, если знать, что по линии одной из своих бабушек  он потомок гениального русского ученого Михаила Васильевича Ломоносова. Николай Раевский был из тех русских людей, которые в течение всей жизни находятся в неутомимом поиске живого дела, а когда найдут, полностью себя ему посвящают и отдают ему всю свою душу, а если потребуется, то и жизнь. Что и было проявлено им в Сербии.
Военную карьеру вместе с братом Михаилом он начал в гвардейском гусарском полку. Будучи молодым 25-летним офицером, был направлен со специальной миссией в Сербию. О репутации, которой пользовалась в царской России семья Раевских, свидетельствует то обстоятельство, что сам Александр Второй отобрал Раевского для специальной миссии в Сербию, а инструктировал его перед выездом военный министр Милютин. В Сербии же его принимал сербский военный министр Миливое Близнавац. Не лишним будет упомянуть о том, что родной брат Николая Михаил Раевский был личным адъютантом Александра Второго. В 30 лет Николай Раевский получил звание полковника, участвовал в битве под Ташкентом, где был ранен.
В 1876 году полковник Раевский вновь прибыл в Сербию, теперь уже как доброволец, для участия в сербско-турецкой войне. Как я уже сказал, не уверен, что он пошёл на этот шаг из-за того, что Анна Каренина бросилась под поезд; причины здесь как раз те, о которых писал Достоевский, а также искреннее славянофильство Николая Раевского, проявившееся ещё в студенческие годы.
Следует упомянуть и о том, что Раевский и прибывший с ним эскадрон русских добровольцев добирались до Сербии не в вагонах, а верхом на лошадях через Румынию, передвигаясь в основном ночью, чтобы остаться незамеченными. В Сербию вошли не по мосту, а переплыв Дунай на конях. В то время в Сербии сражалось более 5 тысяч русских добровольцев, и Раевский был направлен на Моравский фронт в штаб генерала Черняева, куда прибыл в августе 1876 года. За 16 дней пребывания на фронте успел поучаствовать в целом ряде боёв. Особенно кровопролитным был бой в районе Шуматовца, где погибло около 9 тысяч бойцов с сербской и 15 тысяч с турецкой стороны.
А в решающем бою за Горни Адровац, продолжавшемся в течение целого дня, геройски погиб и он сам. Вот как об этом позже свидетельствовал поручик Коста Шаманович:
«Так как полковник Раевский прибыл в расположение нашей батареи около двух часов пополудни, как раз тогда, когда наши части отступали к Горни Адровцу, то сначала он помогал офицерам и народным командирам Рудничкой бригады под командованием капитана Радомира Путника (в годы Первой мировой войны – выдающийся сербский военачальник) и других частей организовать отдых и передислокацию личного состава, а затем его подготовку к контрнаступлению. После чего приказал барабанщикам и трубачам дать сигнал к атаке,  и сербские войска двинулись на противника». Раевский занял место на батарее Шамановича, находившейся в непосредственной близости от расположения неприятеля. «Оттуда он командовал контратакой вплоть до своей гибели в четыре часа пополудни, в пятницу, 20 августа 1876 года», — так письменно свидетельствовал поручик Шаманович.
Считаю, что здесь нелишним будет небольшое отступление. В сербской историографии есть немало противоречивых материалов о генерале Михаиле Черняеве. Критических упоминаний было бы, безусловно, меньше, если бы сербские войска под Джунисом одержали победу. В то же время нельзя забывать, что, во-первых, генерал Черняев лишь только начал создавать дисциплинированную армию из сербских крестьян. Во-вторых, генерал Черняев был героем Среднеазиатского похода и прибыл добровольцем в Сербию вопреки царскому запрету. По возвращении в Россию это стоило ему карьеры. А в той битве под Джунисом за свободу сербов погибла почти половина русских добровольцев, которых, по разным подсчетам, было от 5 до 8 тысяч.
Николай Раевский был похоронен в монастыре святого Романа в Джунисе, откуда через несколько дней его тело было перевезено в Белград, а 5 сентября того же года гроб с телом героя с великими почестями отправлен в Россию. На месте гибели полковника Раевского в Горни Адровце воздвигнут Свято-Троицкий храм, землю под строительство которого выкупила сербская королева Наталия. А её сноха Мария, урожденная княгиня Гагарина, оплатила строительство церкви, которая была освящена в 1903 году. В народе её называют церковью Раевского.
Николай Раевский за участие в Среднеазиатском походе был награждён орденом Святого Владимира, за храбрость в Сербско-турецкой войне 1876 года – сербским орденом «Таковский крест». Из Сербии он писал матери, что сербы на первое место ставят Истину и что в Сербии он уверовал в то, что не хлебом единым жив человек.
Трудно с уверенностью утверждать, что полковник Раевский послужил Льву Толстому прототипом образа Вронского, но достоверно известно, что Петр Ильич Чайковский именно в его честь сочинил «Сербско-русский марш».
Следует отметить, что среди русских добровольцев в Сербии Раевский был не единственным представителем тогдашней русской аристократии. Приходит, например, на память совершенно необычный поступок братьев Киреевых, выходцев из дворянского рода. Они оставили службу и все свои сбережения передали на нужды сербской армии.
Один из братьев, Николай Алексеевич Киреев, прибыл в Сербию как представитель Красного Креста. Но увидев, какие злодеяния совершают турки над сербами и будучи офицером, вступил добровольцем в сербскую армию. По приказу Черняева с сербским отрядом проник в тыл к туркам на территории, которая позднее была присоединена к Болгарии. К несчастью, там он был схвачен турками и так изуродован, что даже его брат не смог его узнать. И сейчас в Болгарии, недалеко от сербской границы есть село Киреево, названное в честь этого русского героя. Наряду с героями — генералом Черняевым, старшими офицерами Комаровым, Минихом, Фермором, Дохтуровым — за свободу Сербии воевали граф Келлер, граф Коновницын, князь Чавчавадзе. По некоторым данным, Сербию в тот период посетил и тогдашний царевич, будущий царь Александр Третий. Это только подтверждает слова Достоевского о том, что русская интеллигенция, которую он часто критиковал, всё же не утратила способность в важные исторические моменты сливаться с народом и его верой в идею бескорыстного подвига ради помощи ближнему. Дай-то Бог, чтобы в нашем сербском народе не померкла слава и не стёрлась память о русских героях, погибших за свободу своих сербских братьев. Аминь!

Ранко ГОЙКОВИЧ.
Перевод с сербского
Владимира НАУМОВА.

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: