slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Родное крылечко Игоря Кашинцева

Игорь Константинович Кашинцев — популярный и любимый артист театра и кино. Мастер художественного слова. Лауреат многих конкурсов артистов-чтецов. В его репертуаре оригинальные программы А.П. Чехова, А.Т Аверченко, М.М. Зощенко. Его стихи, носящие в основном остросоциальный и полемический характер, на эстраде читает он сам, что производит большое впечатление: ведь в них боль за Россию.

 

 

 На стихи «Россия» певица и композитор Галина Конышева создала песню, которая звучит как гимн возрождающейся Родине.Железный Крест

(Ношение советских орденов и медалей в Латвии скоро будет караться законом)

Я собирал трофейные медали,

Кресты фашистские и ордена...

Тогда мы по наивности считали,

Что не придут такие времена,

Когда на праздник в Ригу мне

приехать,

Не став изгоем и одним, как

перст,

Придется Даугаву переехать

И нацепить на грудь железный

крест.

 

Белая сирень

Он выстроил дом, не щадя своих

денег,

Его оградил он бетонной стеной.

И даже куст белой соседской

сирени

Обломан безжалостно серой

плитой.

Былые друзья с ним давно

не общались,

Соседей он тоже не привечал,

Лишь «нужные» люди порой

собирались,

Их знал волкодав и на них

не рычал.

Девицы, попойки, крутые

машины...

Осенней листвой прошуршали года.

И не было вроде особой причины

О жизни задуматься иногда.

Богатый, здоровый и всем

обеспечен,

А мысль, словно червь, постоянно

сосёт:

«Богат, но не вечен, не вечен,

не вечен...

Лишь мой волкодав на могилу

придёт.

Построить хоть храм, да не

предан я Богу,

Хотя и иконы висят на стенах,

Приют бы построить для сирот,

убогих»,

Но всё оставалось лишь

в радужных снах.

Вдруг как-то увидел куст белой

сирени,

Проросший сквозь серый бетонный

забор,

Интуитивно, без всяких

стремлений

В руках у него оказался топор.

И стал он крушить эту стену

литую,

Освобождая сиреневый куст.

От злости крича и безумно ликуя,

Обломков стены слыша

дьявольский хруст.

 

Куршевель

Целебный воздух Куршевеля

Парами винными пропах,

Так начинаются недели

«Сезона русского» в горах.

 

Под Новый год здесь все отели

В сплошной бордель превращены

Уже слетелись топ-модели

Постперестроечной страны.

 

В Москве забавы надоели,

Там никого не удивишь.

Здоровый дух в здоровом теле.

Пускай завидует Париж!

Недели быстро пролетели,

Успев валютой снег прикрыть.

Прекрасен отдых в Куршевеле,

А на Рублевке лучше жить!

 

В погоне за рублём

Посвящается единоборцу за святую Русь — Савве Ямщикову.

В погоне за рублём проводят время

люди.

Им некогда глядеть, как

золотится рожь.

Закроют им глаза, и красоты

не будет.

А всё, что ты урвал, с собой

не заберёшь.

 

Не будешь слышать ты под утро

птичьи песни,

Другие въедут в дом, который

воздвигал...

А кое-кто из нас живёт

поинтересней,

Кто длинного рубля в сей жизни

не искал.

 

Встречаются порой

божественные лица

Мудрейших стариков

и кряжистых старух.

В глубинке их найдёшь, а не

в Москве — столице.

Лишь там пока живёт здоровый

русский дух.

 

Небо в алмазах

Милый Чехов, о небе в алмазах

ты мечтал, уходя на тот свет.

Сад Вишневый срубили не сразу,

не увидел ты злую проказу,

что свела всю Россию на нет.

 

Мог представить ли ты, что

кровавым

водопад станет Учан-Су,

а рукой комиссарской, корявой

Ялту бросят в пасть дикому псу?

 

Три сестры, доктор Астров,

Вершинин —

все погибнут в подвалах ЧК

по приказу: (в морскую пучину

или в горную бросят равнину)

Бела-Куна, большевика.

 

Видно, добрый твой

Ангел-хранитель

уберег ад увидеть земной,

где хозяином станет грабитель,

надругавшись над хрупкой мечтой.

 

Дача

— Мы едем на дачу,

Мы едем на дачу —

Я с детства свой помню

Восторженный крик.

 

Какая удача,

Какая удача —

Внизу под окном

Уже ждет грузовик.

 

— Мы едем на дачу,

Мы едем на дачу! —

Такой же у дочери

Радостный крик!

 

А как же иначе,

А как же иначе,

Ген «дачный» в нее

По наследству проник!

Так годы прошли,

Мы построили дачу.

Теперь у нас домик —

Пусть скромный, но свой.

 

Наш внук там хозяин,

А наша задача —

Продлить в этой жизни

Сезон золотой.

 

— Мы едем на дачу,

Мы едем на дачу —

Счастливой и радостной

Дружной семьей.

 

Какая удача,

Какая удача —

Сегодня у всех у нас

День выходной!

 

Гибель

подводников

Экипажу подводной лодки К-141 посвящается.

Трудно даже представить,

                   как они умирали,

Задыхаясь в отсеках,

                   утопая в воде.

 

Заседали комиссии,

                   вновь заседали,

Скрыть желая всю правду

                  о постигшей беде.

 

И молчал президент

                  у Ручья Бочарова,

Пока было возможно

                 так долго молчать.

 

А в разорванной лодке

                 все снова и снова

Продолжал еще кто-то

                по обшивке стучать.

 

В смерти лучших солдат

                генералы повинны,

Но они, как и прежде,

                не признают вины.

 

— Виноваты во всем

               проржавевшие мины

От Второй мировой,

               Отгремевшей войны!

 

Птичий грипп

«Не стреляйте в белых лебедей! —

С юности мы помним повесть эту.

А теперь кричат — «убей, убей!» —

Птичий грипп окольцевал планету.

 

Груды перелетных птиц

Полыхают, облиты бензином.

Так когда-то тысячи страниц

Книг опасных жгли в пылу едином.

 

Мы в экстазе с грипповой заразой

Уничтожим всех пернатых сразу!

 

Пруд дымится сизой поволокой

И ничто не радует мой глаз.

Белый лебедь грустный, одинокий

Ждет, когда его наступит час.

 

Крылечко

Почему-то мне дорого наше

крылечко.

Я его вспоминаю порой.

Подбиваю ступеньки — дощечка

к дощечке,

Новизны мне не нужно иной.

Скромный домик при нём, но

простой и уютный

И другого не надобно мне,

И тем более — виллы —

гламурно-беспутной

Я живу здесь в сплошной тишине.

Рядом — ель голубая, уже выше

дома,

А когда-то малышкой была.

Всё здесь мне по душе, всё

пахуче-знакомо,

Как сирень, что уже отцвела!

Всё посажено мною и мною

полито,

Всё стареет со мной каждый год.

Сколько радостных лет было здесь

пережито,

Жду весны, что не скоро придёт,

И опять я взойду на родное

крылечко,

И открою ключом старый дом,

И опять подобью на ступеньке

дощечку,

Тоже старым, как дом мой,

гвоздём.

 

Первая любовь

Это было давно, как давно это

было:

Возвращался я ночью домой,

Надо мною луна в небе ярко

светила,

Словно радуясь вместе со мной!

 

Сколько было восторга в груди

у мальчишки:

Он мужчиною стал в один миг!

Завтра ­— школа, уроки, тетрадки

и книжки,

Но сегодня в квартиру, тайком,

как воришка,

Он впервые к любимой проник.

 

Это было давно, так давно это

было...

Когда светит в окошко луна,

Вспоминаю, как девочка нежно

любила,

И не сплю, и стою у окна.

 

Памяти

Александра Абдулова

Как гордо он стоял пред

Президентом,

Когда награду тот ему вручал,

Хотя все знали, что к тому

моменту

Он обречён был и об этом знал.

 

Как по-мужски, со стойкостью

солдата

С телеэкрана заверял он нас,

Что победит злодея-супостата —

Недуг коварный — дух в нём

не угас...

 

Как скорбно сознавать, что нет

актёра —

Народного героя наших дней.

Из бронзы памятник воздвигнут

скоро,

Но память вечная всегда ценней!

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: