slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Товарищ, верь!

О новом романе Валерия Иванова-Таганского «Рокировка»

Кто не помнит названия единственного выпущенного в свет сборника стихов Владимира Высоцкого? «Нерв». Этим же ёмким и болезненным словом можно назвать творчество одного из друзей Владимира Семёновича, сыгравшего вместе с ним в Театре на Таганке немало ролей. Валерий Александрович Иванов даже к своей фамилии приставил добавочную — «Таганский», настолько его жизнь слилась со знаменитым театром. И удивительным образом его актёрство и позднее режиссёрство получили своеобразную добавку в виде литературного творчества. Актёр и режиссёр стал драматургом и прозаиком. И тот самый нерв, с которого я начал свою статью, теперь гудит и болит в его литературе.

Чтобы излечить больного, для хирурга крайне необходимо бесстрашие. Вторгнуться в больной организм, чтобы отыскать в нём причину болезни и хирургическим путём сию причину устранить — для этого нужны смелость и решительность. Ведь речь идёт не о подопытном кролике, а о жизни человека. Писатель, горящий желанием найти причину болезни его страны, тоже должен обладать бесстрашием и решительностью. Вторгнуться в самые глубины общественной жизни и показать читателю: вот оно, где таится беда, способная привести к гибели родного Отечества!

Таков Иванов-Таганский в своих сочинениях и — особенно в последнем романе «Рокировка»! То, о чём он пишет, ни для кого не секрет. Но не каждый осмелится громогласно говорить о бедах нашей страны с писательской трибуны. Валерий Александрович осмеливается.

Какова в общих чертах политическая картина России сегодня? Да, после ельцинских подлых времён, в течение последних двадцати лет мы видим у власти человека, за внешнюю политику которого нам не стыдно. Изо всех сил сдерживая угрозу начала крупномасштабной войны, наш президент не идёт на позорные уступки, действует грамотно, не поддаётся искушению взять в какой-то момент и, как говорится, вмазать так, что мало не покажется. Скорее всего, какие-то очень сильные шаги лишь укрепили бы позиции России в мире. Но его одолевают сомнения — вдруг они приведут к Третьей мировой?

Словом, когда мы видим поведение нашего лидера на внешнеполитическом театре, мы от души сочувствуем ему и желаем дальнейших успехов. И лишь представители Пятой колонны негодуют и мечтают о возвращении мерзкой внешней политики Горбачёва и Ельцина, двух предателей на троне.

Но как бы успехи на внешнеполитической арене не заслоняли внутриполитическую жизнь, она остаётся незащищённой и оставляет желать лучшего. Колоссальными богатствами обладают какие-нибудь полпроцента населения России, и их доходы несравнимы, не сопоставимы с теми крохами, которые достаются подавляющему большинству населения. Процентов двадцать живёт ещё более-менее зажиточно, а остальные восемьдесят вынуждены существовать в постоянной тревоге по поводу своего материального положения. Хватит ли в этом месяце оплатить кредит, ипотеку, а то и просто счета за коммуналку? В Швейцарии по закону процент по ипотеке не может быть выше одного процента. У нас же лишь в последние годы стали говорить о том, какие драконовские проценты дерут банки, и о том, что пора требовать от мироедов снижения ставок.

Какое точное было в прежние времена слово — «мироед». Пора снова ввести его в употребление, чтобы честно сказать: в России всем владеют мироеды. И каким бы ни был хорошим президент, у него до сих пор не появилось достаточного количества сил для борьбы с российским мироедством.

А вы думаете, почему современное русское студенчество так охотно откликается на призывы оппозиции выходить на митинги, рисковать жизнью, здоровьем, свободой? Да, русское студенчество испокон веков пребывало в готовности бунтовать. Молодым людям вообще свойственно бунтарство. И этим пользуются так называемые оппозиционеры, в большинстве своём обыкновенные политические жулики. Но почему в той же Швейцарии и других благополучных странах студенчество не идёт на митинги, не дерётся с полицией? Потому что там всё благоустроенно, там нет бесчестных олигархов, нет мироедства.

Именно на этом болезненном нерве построен роман «Рокировка». Главные герои — преподаватели высших учебных заведений Дубровин и Орлов видят происходящее в стране, отчётливо видят недостатки внутренней политики государства, понимают, почему так легко их студенты и старшеклассники поддаются на призывы мошенников, называющих себя оппозиционерами, а на самом деле попросту рвущихся к власти, чтобы стать ещё худшими мироедами. Понятно, что, если бы появилась настоящая и честная оппозиция, Дубровин и Орлов повели бы за собой эту молодежь, но сейчас они стараются удержать юношей и девушек от бессмысленного бунта, а когда те оказываются в гуще событий и их метелит полиция, преподаватели бросаются на защиту, подставляя самих себя, рискуя репутациями, да и самими должностями.

Невозможно без волнения читать роман «Рокировка»! Невозможно не сопереживать ребятам и их наставникам. А тут ещё автор мастерски вплетает в канву повествования линии личной жизни Дубровина и Орлова. Кульминационным моментом становится эпизод, в котором Дубровин не без оснований заподазривает свою жену в связи с Орловым: «Дубровин прошел в другую комнату, освещенную ночной лампой, и, обомлев, остановился. На большом семейном диване голова к голове лежали его жена и его друг Орлов. Он хотел крикнуть, но голос не послушался, только тихий стон выдохнулся из груди».

Далее кульминация не сразу приходит к развязке. Автор хорошо пользуется приёмом саспиенса — томительного ожидания читателем, как обернутся события. Дубровин пытается найти счастье на стороне, но к его новой пассии, с которой, вроде бы, всё удачно складывается, возвращается муж. И муж не простой — латыш, депутат латышского Сейма, целиком и полностью подвластный антироссийской пропаганде. Происходит весьма важный конфликт, в котором Дубровин противостоит натиску врага и, как ни странно, его доводы воздействуют на заносчивого депутата Сейма.

Перипетии романа накладываются одна на одну, писатель умело ведёт одновременно несколько линий, благодаря чему складывается та самая полифония, о которой после литературоведческих открытий Бахтина мечтает каждый пишущий человек.

В финале автор стремится утешить читателя относительно благополучной развязкой. Оказывается, что между женой Дубровина и Орловым ничего не было, в тот вечер на даче они просто устали ждать Дубровина и нечаянно уснули рядом друг с другом.

Хочется отметить хорошо написанные женские образы, перед которыми многие писатели пасуют. Даже в романах Достоевского женщины зачастую вычурные, неестественные, а иногда просто отвратительные. Автор «Рокировки» уважительно относится к женской природе, его героини не раздражают, они таковы, каковы есть, со своими достоинствами и недостатками. А главное, в них есть стержень русской женщины, которым восхищались лучшие наши писатели. Смейтесь, ёрники, но она и впрямь способна и коня на скаку остановить, и в горящую избу войти. Она не враг мужу, а верный друг и помощница. И вместе с ним отвечает за все его поступки.

Увы, в финале романа Орлов подвергнут суду и приговорён к трём годам лишения свободы за активную политическую деятельность. Подобно героям романов о революции, в своём последнем слове он резко отзывается о внутренней политике государства, чем, собственно и подставляет себя. Дубровина увольняют из университета, но…

Впрочем, не стану портить читателям интригу. Роман имеет открытый конец, всё впереди, продолжение следует. Дубровин начинает писать книгу, в которой стремится разобраться в русской истории как в череде сплошных новых и новых перестроек.

И пушкинское «Товарищ, верь!» птицей вылетает из его размышлений. Ведь все мы верим в сладкое предсказание о том, что нынешний век станет веком России. Что найдутся силы у лидеров страны начать войну с мироедами, и между доходами богачей и простых честных тружеников исчезнет глубочайшая пропасть. Что половина граждан не будет впредь отчаянно барахтаться в сетях кредитов и ипотек.

Скверный автор тот, произведения которого наводят на читателя безысходность и уныние.

Настоящий писатель через тернии сюжета книги ведёт читателя к звёздам надежды. Иванов-Таганский — настоящий русский писатель, он любит своего читателя, хочет ему добра. И, проведя его сквозь пучину сюжетный перипетий, выводит в чисто поле, над которым сияют звёзды надежды.

Александр СЕГЕНЬ

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: