slovolink@yandex.ru

Тайна немецкого планшета

Священник на войне

Беседу ведут Александр УРБАН, пресс-секретарь Фонда памяти полководцев Победы и его сын Андрей. В разное время они оба работали зарубежными корреспондентами ТАСС, ИТАР-ТАСС и его фотохроники в Вене, Лондоне, Бонне, Берлине.

Андрей (сын): Услышал как-то рассказ о мальчишке, который в годы войны вместе со своими родителями оказался на оккупированной врагом территории Орловской области. Он подобрал секретную карту, которую обронили подвыпившие гитлеровские офицеры и сумел переправить её нашим – в штаб Центрального фронта. Правда ли это? Где он сейчас, жив ли этот человек?

Александр (отец): Правда. А тот мальчик — это Духовник Патриарха Кирилла и братии Оптиной пустыни Схиархимандрит Илий (Ноздрин). Твоя мама однажды принесла текст распечатанного на ксероксе рассказа. Это был материал из бюллетеня спецназа России (№ 9 (156), сентябрь 2009 года). Мы узнали, что отец Илий родился на Орловской земле, в селе с очень красивым названием Становой Колодезь. Отец — Афанасий Иванович Ноздрин, мама — Клавдия Васильевна…

Привожу сокращённый текст из того издания: «С 1969 года хутор Редкино, где жила его семья, стал улицей Станового Колодезя. <…> Дед Батюшки был человек волевой, цельный, чуткий к проявлениям всякого рода несправедливости... Иван Ноздрин являлся старостой Покровской церкви в Становом Колодезе… Отец Батюшки в первый год войны ушёл на фронт.

Алексей рос очень религиозным мальчиком. Была в нём некая Божья отметина, которую чувствовали окружающие. Ребята что постарше посмеивались: «Вот Алёшка Божественный пришёл». Отец одной из девочек строго вразумил своё чадо и других детей: «Ну-ка, не шалите! Это человек Божий»…

Участие Алексея Ноздрина в Курской битве может показаться нелепым апокрифом, поскольку было ему на тот момент всего лишь десять годков, однако свой личный вклад в оборону Отечества он внёс именно в этом возрасте. Мальчик молился вне дома. Вдруг видит, как по дороге мимо проезжают пьяные немцы и теряют планшет. В нём оказалась карта укрепрайона на Курской дуге. Всего этого он, разумеется, тогда не понимал… Следующим утром фашисты стали искать пропажу. <…> Доподлинно известно, что командующий Центральным фронтом генерал армии Константин Рокоссовский, пользуясь информацией из четырёх независимых источников, нанёс по позициям вермахта мощный упреждающий удар».

В своих мемуарах главный маршал авиации А.Е. Голованов рассказывает: «Это было четвёртое, но, как решил командующий, более конкретное… сообщение. Хотя на войне способы дезинформации бывают самые различные, в том числе и через перебежчиков, всё же полученные данные казались соответствующими действительности. Г.К. Жуков, который находился на фронте и которому было доложено о сведениях, полученных от захваченных немецких солдат, поручил Рокоссовскому действовать по его усмотрению. За сорок минут до указанного пленными времени начала наступления немцев, то есть в 2 часа 20 минут 5 июля 1943 года, по приказу командующего Центральным фронтом Рокоссовского был открыт артиллерийский огонь из 500 орудий, 460 минометов и 100 реактивных установок по предполагаемым местам сосредоточения противника…»

Гитлеровцы всё-таки начали артподготовку, но она была плохо организована. «Когда немецкие войска перешли в наступление, у меня как будто бы гора с плеч свалилась», — говорил потом Рокоссовский». Судя по всему, одним из четырёх источников информации, позволившей нанести упреждающий удар, и был планшет, подобранный Алексеем.

— И что вы с мамой предприняли, прочитав полученный текст?

— Решили, что надо разузнать подробности. Приехал я в московский район Тропарево к настоятелю храма Михаила Архангела отцу Георгию. Отец Георгий тут же позвонил батюшке Илию и попросил, чтобы он принял нас. Кратко пояснил, кто мы и почему хотим встретиться с ним лично. Отец Илий назвал день, время и место для встречи.

Тот день выдался красивым и солнечным с легким бодрящим морозцем. Мы с мамой сели на электричку и отправились в Переделкино. Возле храма, который появился там в последние годы, нас встретили помощник отца Илия и обаятельная молодая девушка. А возле резиденции, куда мы подошли, навстречу вышел и сам отец Илий, открыл калитку. Поприветствовав, пригласил в дом. Нас усадили за стол, налили горячего чаю и завязалась непринужденная беседа. Её подробно изложила потом в своей публикации та обаятельная девушка, как выяснилось позднее —
журналист Мария Позднякова.

Батюшка, сообщала Мария в своём рассказе о нашей встрече поведал о том, как в его руки на оккупированной территории Орловской области в 1943 году попала секретная немецкая карта. И этот документ помог генералу армии Константину Рокоссовскому разгромить немцев на Курской дуге.

«В назначенное время, — писала она в своём репортаже, который я, сократив, цитирую с согласия автора, — в гости к старцу приехали дочь бывшего командующего Центральным фронтом К.К. Рокоссовского —
Надежда и её супруг Александр Урбан, пресс-секретарь Фонда памяти полководцев Победы.

«Отец в воспоминаниях делился, что в операции на Курской дуге он руководствовался сведениями, полученными из четырех источников, — рассказала Надежда Рокоссовская. — Первыми двумя были разведчики, третьим — немецкие саперы, взятые в плен накануне битвы. А про четвёртый источник не было сказано, откуда пришла информация. Это оставалось загадкой. И вот, пять лет назад, я услышала удивительную историю — якобы старец Илий, в детстве стал обладателем секретной информации, которая сыграла важную роль в Курской битве. Я понимала, что правду может сказать только сам отец Илий, и ждала нашей встречи несколько лет».

Когда гости уселись за накрытый стол, батюшка стал вспоминать события почти 75-летней давности. В тот день, 15 февраля 1943 г.,
10-летний Алеша (имя батюшки до пострига) шел по проселочной дороге из деревни Крюковка, где навещал крестную, домой в деревню Редкино. Орловщина на тот момент уже больше года находилась под оккупацией фашистов. «Слышу, машина сзади идёт. Обгоняет меня. Вижу, как из машины на снег что-то падает. Важно, что немцы ничего не заметили. Дальше на Орел поехали. А мне интересно. Поднимаю —
оказывается, военный планшет, — рассказывает батюшка. — Подхожу к железнодорожному переезду. Деревня наша Редкино расположена вдоль ж/д путей, а рядышком, параллельно железной дороге, идёт шоссе. Обычно я, минуя переезд, выходил на шоссе и шёл домой. А в тот раз мне было внушение, прямо голос прозвучал: «Иди по рельсам». Уже потом понял, что, если бы шёл по земле, меня бы немецкие собаки по следу вычислили и растерзали. А я шёл по железной рельсе.

Когда прибежал домой, мамы не было, только бабушка, брат и сестра. Печка топилась. Открыл планшет, там было два листка бумаги — на одном карта местности, на втором —
эта же карта, но с обозначением на ней военных объектов. И ещё – текст, видимо, пояснения.

Минут через пять в дом забежал один из пленных красноармейцев Андрей, работавший на конюшне. Хорошо, что он забежал почти следом за мной. И один (их было четверо, и они обычно ходили вместе). Я показал ему находку. Видимо, он был офицер, потому что, сразу понял ценность документов. Про планшет сказал, чтобы я его бросил в печку, а бумаги схватил и убежал.

Немцы быстро хватились документов. Из окна дома я видел, как специальная машина утюжила снег на дороге. В деревне уже ни для кого не было секретом, что фашисты потеряли важные документы. Говорили, что виновника расстреляли, и что офицеры в той машине были навеселе. Морозы были суровые. А немцы очень не любят холод, вот и грелись шнапсом».

Через какое-то время пленный Андрей исчез из деревни. Оказалось, он выжидал момент, когда сможет завладеть немецкой формой, без которой он бы не смог добраться до линии фронта. В штабе Андрей рассказал, что планшет с секретной картой обнаружил деревенский мальчишка…

Путь документов с оккупированной Орловщины в штаб Рокоссовского не был быстрым. История с планшетом произошла в середине февраля, а Курская операция началась 5 июля. Началась под личную ответственность Рокоссовского. Обстоятельства складывались так, что на запрос в Ставку и одобрение Сталиным времени не было. Захваченные в плен немецкие саперы, рассказали, что наступление начнется в 3 часа ночи 5 июля. А стрелки часов в штабе уже перешагнули отметку 12 ночи.

Войска Рокоссовского открыли артиллерийский огонь на 40 минут раньше — в 2 ч. 20 мин. И здесь, судя по всему, очень помогла немецкая карта, добытая Алешей Ноздриным. В ночной мгле наша артиллерия, благодаря имеющейся точной информации, шквальным огнем снесла многие укрепрайоны противника. Что до действий Рокоссовского, то в немецкой карте, которая легла на его стол, он увидел отражение ранее полученной информации. И поверил этому документу на свой страх и риск.

«Вы столько жизней спасли, кто-нибудь когда-нибудь вам благодарность передавал?» — спросил старца Александр Урбан. — «Я почетный гражданин Орла и области. Есть где-то у меня и медаль», — ответил батюшка… На прощание гости подарили батюшке подробную карту Курской битвы, выполненную на шёлковой ткани. Теперь она будет висеть у старца в келье. А с собой для музея школы им. Рокоссовского взяли уникальный документ — схему местности, где был найден планшет, нарисованную батюшкой», — так закончила свой рассказ о нашей встрече Мария Позднякова.

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: