[email protected]
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Приговор Сэма Кольта

В ООН размышляют над докладом своих инспекторов по химоружию
В ближайшие дни будет дан окончательный ответ на вопрос, как станут развиваться события вокруг Сирии. В ООН получили доклад инспекторов, которые выезжали в пригород Дамаска, чтобы расследовать возможное применение химического оружия массового поражения. Применение зарина подтвердилось. В свою очередь в Женеве состоялись переговоры Сергея Лаврова и Джона Керри. Речь шла о выработке механизма передачи сирийского химического оружия под международный контроль — в соответствии с инициативой, предложенной ранее Москвой.

«Суду» всё ясно…

Не следует питать иллюзий: Вашингтон считал встречу глав внешнеполитических ведомств лишь протокольным мероприятием. Почтенная публика должна была увидеть, что США демонстрируют своё искреннее стремление решить сирийский кризис мирным путём, но предложение России реализовать невозможно, потому что Башару Асаду верить нельзя. Далее в Белом доме произносят заготовленные слова сожаления — «Мы сделали всё, что могли, однако…» — и подготовка к нанесению удара по Сирии продолжается. В сухом остатке итоги встречи Джона Керри и Сергея Лаврова можно сформулировать так: они договорились встретиться ещё раз в конце сентября.
«Мы с Джоном Керри чётко подтвердили нашу приверженность мирному урегулированию кризиса в Сирии», — прояснил министр иностранных дел России. «Мы с самого начала говорили, что решение проблемы должно быть политическим, и мы готовы продолжать двигаться именно в этом направлении», — этот ответ государственного секретаря следует считать дипломатичным напоминанием. Главный его смысл в следующем: с самого начала Вашингтон говорил о том, что Башар Асад должен уйти с поста президента, это и есть то самое политическое решение, которое имел в виду Джон Керри. Переговоры в Женеве стали и для России, и для Соединенных Штатов возможностью ещё раз твёрдо обозначить свои позиции. И Джон Керри не оговорился, сказав, что Вашингтон может принять решение нанести военные удары по Сирии, если придёт к заключению, что Дамаск не выполняет принятых на себя обязательств. Поскольку самым надёжным поставщиком достоверной информации из Сирии считаются дружественные Западу мятежники, то вскоре по завершении переговоров они уже объявили: Башар Асад отдал приказ о вывозе химического оружия в Ирак и Ливан… Что ещё надо? — casus belli имеется.
На стороне Соединённых Штатов в выходные неожиданно сыграл и сам Пан Ги Мун. У инспекторов миссии ООН, побывавших в Сирии, нет полномочий называть виновного в применении химического оружия – если оно вообще было там использовано. Однако Генеральный секретарь Объединенных Наций приговор уже вынес, заявив, что Башар Асад «совершил множество преступлений против человечности». Если это не приговор, то, как минимум, прямое указание для тех, кто станет его выносить. Согласно последним сообщениям, два западных дипломата проинформировали: они ждут, что отчёт главы миссии, Аке Селлстрома, подтвердит точку зрения Вашингтона. Она неизменна, Барак Обама продолжает уверять, что сирийские правительственные войска применили газ зарин, вызвавший гибель 1400 человек.
Вашингтон нападёт – но позже. После того, как Джон Керри объявит о нарушении Башаром Асадом договорённостей, а лауреат Нобелевской премии мира назовёт доклад инспекторов ООН доказательством вины президента Сирии. Министр иностранных дел Франции Лоран Фабиус загодя заверил: в заключениях экспертов «естественно будут указания на то, кто организовал химическую атаку». Ждать осталось недолго.
Наивные могут верить, что тайм­аут Барак Обама взял исключительно из желания всё ещё раз обдумать, после чего отказаться от нанесения удара. В реальности пауза оказалась мерой вынужденной. Президента подвёл его государственный секретарь. Находясь в Лондоне, Джон Керри заявил: «Режим (президента Башара Асада. – В.Г.) может предотвратить вооружённое вмешательство, если передаст всё химическое оружие мировому сообществу в течение следующей недели». Сергей Лавров — уже российский министр иностранных дел — практически мгновенно отреагировал простым и внятным предложением. Собственно, поймал Джона Керри на слове. Если установление международного контроля над химическим оружием в Сирии позволит избежать военных ударов, Москва немедленно готова начать работу с Дамаском, объявил он. Вашингтон пошёл на переговоры по этой проблеме.
Впрочем, можно предположить: Джон Керри оговорился сознательно. Американская внешняя политика должна была продемонстрировать свою готовность к мирному разрешению ситуации и полное отсутствие стремления Башара Асада к «химическому разоружению». Собственно, на переговорах в Женеве всё так и получилось. Государственный секретарь заочно потребовал от Дамаска сдать свои арсеналы под международный контроль практически немедленно. Президент Сирии в ответ заявил, что присоединение его страны к Конвенции по запрещению химического оружия даёт ей для этого тридцать дней. Затем, с точки зрения Вашингтона, Башар Асад сделал ему очень щедрый подарок, заявив, что Сирия согласится на передачу своего химического оружия под международный контроль только в том случае, если США откажутся от угрозы применения силы против неё.
Этого Барак Обама не сделает никогда.
 
Обязаны верить

Президент США – один из тех политиков, которые считают, что главное – ввязаться в бой. Все в Вашингтоне прекрасно понимают, что для него одобрение конгрессменами удара по Сирии – простая формальность. Можно назвать это неким соблюдением этикета, который используется в качестве «задника» на сцене при постановке мюзикла о традициях американской демократии. Можно – желанием разделить ответственность за непредсказуемые результаты уже спланированной операции, повязать конгрессменов кровью жертв, которых будет очень много. Барак Обама вступил в незапланированный Белым домом конфликт со своими избирателями: сегодня лишь каждый четвертый гражданин страны готов поддержать главу государства, даже если будет доказано, что официальный Дамаск применял химическое оружие. Но это волнует лауреата Нобелевской премии мира гораздо меньше, чем, скажем, запрет на однополые браки в «тоталитарных государствах».
Повторюсь: президент категорически уверяет всех в том, что достоверно не доказано. «Факты», которые были представлены конгрессменам во время «сеанса устрашения» законодателей, особого впечатления на многих из них не произвели. Так, якобы где­то кто­то что­то видел и выложил в Интернет фотографии погибших людей. Ну а твердолобым политическим тяжеловесам
в Соединенных Штатах аргументы в пользу войны не требовались. Те, кого издавна именовали «ястребами», не просто напомнили о себе, а стали так называемыми ньюсмейкерами в телепередачах. В американцев – как выяснилось позже, без особого успеха – вбивали примитивную мысль: «Мы знаем, что Башар Асад применял химическое оружие. Верьте нам!». Призыв верить был ключевым, доказательства отсутствовали. Всё происходившее напоминало забавный американский сериал «Кувалда», где неуклюжий инспектор полиции, совершив очередную оплошность по службе, призывал: «Верьте мне, я знаю, что делаю!».
Агрессия против Вьетнама тоже начиналась с банальной провокации и уверений американцев в том, что президенту следует верить. Речь о знаменитом «Тонкинском инциденте», когда 4 августа 1964 года – 49 лет назад! —  эсминец ВМС США «Мэддокс», патрулировавший Тонкинский залив и занимавшийся радиоэлектронной разведкой, подошёл к побережью Северного Вьетнама. После чего, по уверениям Вашингтона, был атакован тремя северовьетнамскими торпедными катерами. Два дня спустя министр обороны Роберт Макнамара дал показания в конгрессе, заявив: он располагает «неопровержимыми тому доказательствами». Члены палаты представителей и сенаторы поверили и проголосовали за «Тонкинскую резолюцию», тем самым санкционировав агрессию.
Но ведь к обеду 4 августа эксперт Центрального разведывательного управления по Северному Вьетнаму, проанализировав все данные, пришёл к выводу, что по «Мэддоксу» никто не стрелял. По долгу службы он включил свое резюме в текущую сводку разведывательных данных, которая ложится на стол президенту. Дальше произошло неожиданное. Его высокопоставленный начальник, которого эксперт раньше и в глаза не видел, пришёл к нему и потребовал этот абзац из текста исключить: «Мы не собираемся сейчас сообщать об этом Эл­Би­Джей (инициалы президента Линдона Бейнса Джонсона. – В.Г.). Он уже принял решение о бомбардировках Северного Вьетнама». Правду Америка узнала годы спустя. Отсутствие у Саддама Хусейна оружия массового уничтожения Вашингтон признал после того, как его наличие у Ирака стало поводом для вторжения.
Сегодня сотрудник разведки Пол Пиллар, специализирующийся на ближневосточных проблемах, объясняет работу всё той же нехитрой схемы: Белый дом хочет от разведки сведений, прочно увязывающих использование химического оружия лично с Башаром Асадом или его ближайшим  окружением. Для того, чтобы исключить любую мысль о том, что некий армейский офицер мог сделать это самолично и без его ведома.   
Всё верно, автор изречения о том, что первой жертвой войны становится правда, является американский же политик Хайрам Джонсон. Судя по его действиям, такой эрудированный президент, как Барак Обама, хорошо знаком с нестареющим афоризмом соотечественника.
 
«Арахисовая шпаргалка»

Барак Обама ничего не изобрёл. Всё новое – хорошо забытое старое. В 1980 году президент США Джимми Картер по прозвищу «арахисовый орех» — у него были плантации этого растения в штате Джорджия — сформулировал простенькую доктрину. Он заявил, что Америка будет использовать все необходимые силы для того, чтобы не позволить враждебной державе захватить контроль над Персидским заливом. Затем в неё внесли поправки, Вашингтон решил «крышевать» весь исламский мир. Соединённые Штаты самолично выписали себе индульгенцию на военное вмешательство и секретные операции в Ливане, Ливии, Иране, Боснии, Косово, Саудовской Аравии, Судане, Йемене и Пакистане, не говоря уже об Ираке и Афганистане.
Барак Обама выступал с несколькими программными заявлениями, которые принято считать его президентской доктриной. В первый срок своего пребывания в Белом доме он ратовал за ограничение распространения ядерного оружия, а в перспективе — так и за мир во всём мире, мир без войн. При этом своё право на войну — сегодня против суверенной Сирии — Вашингтон априори сохраняет.
Барак Обама призвал всех членов ООН активно включиться в борьбу за мир. Во имя этой высокой цели американская дипломатия многократно предлагала Совету Безопасности ООН одобрить резолюцию, позволяющую США бомбить Сирию. Тем более что индульгенцию на агрессию против Ливии они получили совсем недавно.
Бесчисленные вариации на тему борьбы за мир во всём мире, автором которых является блестящий оратор Барак Обама, опускаю. В прошлом году он сформулировал тезис новой оборонной стратегии возглавляемой им страны: выполнять прежние задачи меньшими силами и средствами. Поэтому пока заверяет колеблющихся конгрессменов в том, что нога американского солдата не ступит на территорию Сирии и, перефразируя титры художественных фильмов, «за время войны ни один военнослужащий не пострадает». Судьба неких сирийцев, по которым нанесут обезличенный ракетный удар, никого в Вашингтоне не волнует.
Барак Обама лишь успешно модифицировал доктрину Картера с учетом появления новых средств войны. Не более того. По сути своей она ничем не отличается от банального «Америка всегда права. Если она не права, смотри пункт первый». Ну, а лексикон президентов зависит исключительно от полученного ими образования. Скажем, Джордж Буш, предшественник Барака Обамы в Белом доме, выпустил книгу мемуаров «Решающие моменты». По свидетельству «литературного негра» Джорджа Буша, ещё в 1999­м, до того как его даже выдвинули кандидатом в президенты от республиканской партии, он сообщил, что обязательно санкционирует вторжение в Ирак. Причина была проста: добиться личной популярности. Будущий хозяин Белого дома был абсолютно уверен, что для поднятия рейтинга американскому президенту необходима победоносная война, а разделаться с Ираком представлялось не сложнее, чем отнять у ребёнка конфету. Впрочем, к достоинствам Джорджа Буша следует отнести его честное признание своей не самой высокой образованности. Один из ярких «бушизмов» звучит так: «Вы знаете, я не трачу много времени на размышления о себе, о том, почему я поступаю так, а не иначе».
Барак Обама наверняка обдумывает свои действия, однако в случае с планом атаки на Сирию вряд ли представляет себе последствия этой военной операции. Точнее – не хочет о них знать.
 
А потом…

Оценкой боеспособности сирийских вооружённых сил занимаются военные эксперты. Некоторые из них сегодня уверяют, будто операция против Дамаска будет похожа на битву Давида и Голиафа. Но речь ведь не только о великой военной мощи Америки, приказ президента об использовании высокоточных ракет не просто уничтожит некие, обозначенные на военных картах Пентагона, объекты на сирийской территории. Он взорвёт весь регион.
Развитие событий может выглядеть примерно так:
— батареи сирийской ПВО откроют огонь по летящим американским крылатым ракетам;
— жертвами американского удара станут многие гражданские лица, при этом Вашингтон будет возлагать вину за их смерть на Башара Асада, который не подчинился беспардонному указанию Запада покинуть пост президента, за что и был «наказан»;
— американские посольства и деловые представительства во многих странах Ближнего Востока подвергнутся нападениям и будут разрушены и сожжены;
— Сирия может нанести ракетный удар по верному союзнику Вашингтона в регионе, Тель­Авиву;
— Израиль осуществит бомбардировки Сирии, как он уже трижды делал это за последние два года;
— не исключено, что союзник Дамаска, Тегеран, решит отомстить, и ударит ракетами по Израилю и американским военным базам в Афганистане, Турции, Бахрейне и Катаре.
Фактически своим приказом начать атаку против Сирии Барак Обама стронет камень, что может вызвать обвал. Здравомыслящего политика подобная перспектива может напугать. Президента США – нет, он продолжит уверять, будто знает, что делает. Борется за уничтожение химического оружия.
Вашингтон знал, что делал, используя во время агрессии во Вьетнаме дефолиант «Эйджент орандж». Обработанные этой «химией», джунгли теряли листву, и летчики американских бомбардировщиков смогли успешно «демократизировать» около трёх миллионов «туземцев», убив одних, покалечив вторых, обеспечив онкологию и генетические мутации третьим. На войне не скупились, в общей сложности около 14 процентов территории Вьетнама было обработано «Эйджент орандж», которого вылили аж 72 миллиона литров!
Разумеется, Вашингтон знал, что делал, когда поставлял в Ирак Саддаму Хусейну компоненты химического и биологического оружия. Что стало с конечным продуктом, неизвестно, зато позже Америка его разлюбила, объявила жестоким диктатором и свергла. Самого оружия массового уничтожения американцы так и не нашли.
Так, «по мелочам»: применение фосфорных бомб, то есть химического оружия, запрещено конвенцией от 1980 года, но американские войска в Ираке их использовали. Уже при президенте Бараке Обаме ближайший союзник США, Израиль, опробовал это оружие против гражданского населения в секторе Газа.
И об этом тоже все знали. Так выглядит самый краткий отчёт о «химических опытах» Соединенных Штатов — информация, которая, в отличие от мутных данных о «применении химического оружия Башаром Асадом, подкреплена многочисленными свидетельствами. Никакого секрета. Интересно, почему никто в мире не призывал напасть на Соединённые Штаты, разбомбить их и заставить отказаться от химического оружия?
…Новости, касающиеся сирийского конфликта и готовности Вашингтона «урегулировать» его силовыми методами, устаревают, едва появившись на лентах информационных агентств. 12 сентября на сайте президента России был опубликован текст статьи Владимира Путина в газете «Нью­Йорк таймс». Он обратился к американскому народу, выступив с предостережением в адрес Вашингтона относительно удара по Сирии. Чёткие оценки, доходчивая аргументация и жёсткий прогноз развития событий в случае американской атаки. Есть в материале В.Путина один момент, на который я бы советовал обратить особое внимание. Глава российского государства процитировал Барака Обаму, заявившего, что проводимая США политика «отличает Америку от других. Вот что делает нас исключительными».
«Мы разные, но когда мы просим Господа благословить нас, мы не должны забывать, что Бог создал нас равными», — этими словами В. Путин завершил свой материал.
Твёрдое намерение Барака Обамы ударить по Сирии ещё раз подтверждает: президенты Америки по сей день живут известнейшим в Новом свете изречением о том, что Бог создал человека, а Сэм Кольт сделал их равными.

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: