slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Приглашение к Мольеру

«Плутни Скапена» в Театре на Малой Бронной

Казалось бы, и об этом нередко говорят и спорят: Жан-Батист Мольер — это всегда весело, остроумно и по-своему назидательно. Комедия — царица зрительских симпатий. Правильно: царица. Только бывает так, что её остроумный наворот событий и лиц, как ни странно, вызывает зевоту. Да-да, именно так. И хотя Мольера как «самоигрального» драматурга ставят везде (и в Москве, в частности) много и охотно, но блеска комедийного мастерства великого драматурга нынешним постановщикам явно не хватает.

Зато хватает самонадеянности настолько исказить мольеровскую фабулу, что все действующие лица оказываются мало того, что бледными, но даже какими-то мутными, впрочем, как и всё действо. Здесь можно было бы привести множество примеров со столичных сцен, но делать этого не стану. Поскольку сейчас речь пойдет о бесспорной удаче. В Театре на Малой Бронной существует добрая и успешная традиция в обращении к творчеству Мольера: великолепный «Дон Жуан» в постановке великолепного же Анатолия Эфроса.

«Плутни Скапена» — первая работа нового художественного руководителя театра Сергея Голомазова. Имя это сравнительно новое, но уже входящее в разговоры об интересном режиссерском почерке. Достаточно вспомнить «Фотофиниш» и «Двенадцатую ночь» у ермоловцев или «Три высоких женщины» в «Маяковке». Сразу же отмечу, весь спектакль сопровождается безудержным хохотом в зрительном зале. Наконец-то фантазия и юмор делают свое доброе дело: лечат смехом. Сама по себе пьеса дает массу поводов для режиссёрской фантазии, а она у Голомазова прямо-таки бьёт ключом. Например, возлюбленная неаполитанского аристократа Гиацинта (Марина Орел) летает над сценой в воздушном танце на невидимой лиане — порхает легко, изящно, удивительно привлекательно… А перед её полетом в самом начале спектакля танцуют гондольеры, головорезы, грации… Эту миссию в спектакле режиссер доверил своим студентам из Российской академии театрального искусства (РАТИ). И будущие артисты врываются на сцену и живут на ней так азартно и увлечённо, что ещё сильнее «заводят» зал, все больше и больше вовлекая его в совместное веселье.

Сюжет, вроде, не так уж сложен. У него немало аналогов в мировой литературе. Но тут «играют» не столько почти привычную (прежде всего для самого Мольера) комедию, сколько обаятельно импровизируют театральное действие. Ювелирно выписанные персонажи и ситуации ведут, пожалуй, свой отсчет от «Скупого» (удачная постановка в Театре Российской армии), а вместе с тем полны новизны. Да, оба старика, у которых легкомысленные и бестолковые влюбленные сыновья, скуповаты и при этом наивны и доверчивы, как дети, хотя и не прочь поворчать. Их обмануть, впрочем, ничего не стоит, чем умело пользуется плут Скапен, слуга одного из этих напыщенных, разнаряженных богатеев. Александр Никулин играет Скапена привлекательно и остро. Умный, смелый, хитрый, деловой, талантливый, Скапен себе на уме, своего не упустит. Он с удовольствием пускается в аферы, розыгрыши, умея с достоинством выйти из любой ситуации. Он, конечно, хочет (небескорыстно) помочь бестолковым, немыслимо пижонски наряженным влюбленным мальчишкам (Леандр — Александр Голубков, Октав –Терехов), но прежде всего хочет проучить скаредных господ, оставив их в дураках. В общем, настоящий народный характер, в чем-то напоминающий Фигаро. Симпатию он завоёвывает буквально с первой своей улыбки и смешно нарочито насупленного выражения лица: мол, дайте подумать, авось помогу… И помогает. А как? Об этом, в сущности, весь спектакль. Комедия совпадений — вот что такое «Плутни Скапена».

Понятно, все несуразицы к финалу спектакля решены. Влюбленные соединились, старики «растаяли». Один из них, трогательно смешной Аргант (Александр Макаров) находит свою похищенную много лет назад дочь (Анна Маркова), которая (тоже совпадение!) оказывается возлюбленной Октава. Зажигательно буффонно живущий на сцене Жеронт (Виктор Лакирев), отец Леандра и царящей над сценой Гиацинты, согласен отдать своего непутёвого сынка деловой, умной и язвительной «цыганке» Зербинетте. В общем, всем сестрам по серьгам, как говорится. Но успех спектакля кроется не только в виртуозно нарочито запутанной ситуации «кто есть кто», а прежде всего в красоте, стремительности, завидном темпераменте и изяществе происходящего на сцене, да ещё и в оркестровой яме. Режиссер задал своим актерам такой темп и такие внешне полётные, а внутренне очень непростые мизансцены (наградив еще и цирковыми трюками), что актёрам есть что преодолевать по имя торжества смеха (сказано высокопарно, но, честное слово, по делу!).

Его Величество смех — это привилегия Мольера, и спектакль Голомазова — бесспорное тому свидетельство. Чего здесь только не напридумано! Например, сыночки, объясняясь с папашами и хныча около Скапена, держат в руках какие-то маленькие домики (метафора? Именно так). Из такого же домика в неаполитанском стиле, только размером побольше, объясняется Жеронт. Или какая пресмешная походка придумана Арганту. Едва он появляется на сцене на полусогнутых ногах с невероятно хитро-доверчиво-озабоченной улыбкой, глаз от него не оторвешь. Или гондола, плывущая на сцене вместе со Скапеном и рыбаками, которые, едва ступив на землю, начинают танцевать в добром стиле спорт-балета. И всё это раскрывается на знакомых мелодиях неопалитанских песен. А когда персонажи комедии начинают петь (это ведь музыкальная комедия), в их распоряжении симпатичная музыка Анатолия Кремера.

А уж что говорить о дожде из мыльных пузырей — тоже метафорично и очень эффектно. Хороши, давая простор постановщику и актерам, сценографические решения Станислава Бенедиктова. Мастерством, фантазией и красотой радуют костюмы (Виктория Севрюкова). Интересны хореография (Алексей Фроленков) и ловкость сценического движения(Андрей Рыклин).

Торжествует, как следовало ожидать, любовь. И не только у персонажей Мольера. Но и у зрителей. К Мольеру.

Наталья Лагина.

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: