slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Политическая азбука модернизации

ВЫБОРЫ-2012

Международный экономический форум в Санкт-Петербурге оказался весьма содержательным  по части раскрытия планов президента Дмитрия Медведева в сфере модернизации. Можно сказать, что практически весь форум был посвящён этой главной теме,
а все другие темы, например последствия кризиса, тоже рассматривались под углом зрения кремлёвских планов.
Пожалуй, впервые с подачи Медведева о модернизации в России  заговорили как о явлении международном, а на  зарубежные компании, участвовавшие в форуме, организаторы смотрели, как  на желательных участников самой модернизации. Иностранные бизнесмены в свою очередь кланялись и благодарили, вовсю хвалили президентский проект в Сколкове, обещали поддержку, делились пришедшими в голову мыслями.
  В общем, очередной русский Давос прошёл на славу, и российский президент мог с лёгкой душой  отправляться на новый саммит в Вашингтоне, на экскурсию в калифорнийскую Кремниевую долину и на канадскую «большую двадцатку».

А ЕСЛИ ПО СУЩЕСТВУ?

  Итак, формально всё обстоит благополучно, даже более чем. Но если начинать вдумываться в содержание документов форума, то сразу же возникают недоумённые вопросы.
  Возьмём, к примеру, перечень приоритетных сфер модернизации, становящийся с легкой руки президента азбукой для высших чиновников. Именно этот перечень положила в основу своего доклада на форуме министр экономического развития Эльвира Набиуллина. Выделено пять приоритетных сфер:
  — Фармацевтика и медицинская промышленность. Предполагается, что лекарства отечественного производства будут через несколько лет удовлетворять половину внутренней потребности. Значительную часть этого производства составят лекарства, выпускаемые по иностранным лицензиям.  Напомним, что наша медицинская промышленность пришла в упадок именно при капитализме. А под её модернизацией понимается  окончательное преобладание зарубежной продукции в том или ином виде.
  — Ядерная индустрия. Предполагается, что эта отрасль ещё больше будет работать по внешним заказам.  Никаких крупных внутренних преобразований здесь не предвидится.
  — Информатика и коммуникации. Предусматривается создание «крупных игроков», т.е. отечественных компьютерных и коммуникационных концернов, способных конкурировать на мировых рынках. Как это собираются сделать при нынешнем полном засилье в этой области иностранных корпораций, остаётся загадкой.
  — Разработка энергосберегающих технологий. Учитывая чрезмерно  высокую энергоёмкость продукции в России, понятно, почему  выделена именно эта сфера. Но не понятно, почему в программе президента приоритетом не стали другие сильно отстающие технологии, например, сберегающие труд, материалы, капитал.
  — Космические технологии. Об этом говорилось скупо. Упоминалась система Глонасс, которая должна выйти на международную арену, где будет конкурировать с существующим американским  соперником. О межпланетных полётах не упоминалось вовсе.
  Теперь, если и допустить, что все пять приоритетов в совокупности  будут выполнены, то получается довольно куцая модернизация, охватывающая лишь очень небольшую часть нашей экономики. Причём ни одна из этих сфер за исключением энергосбережения практически не проецируется на сопряженные сферы, не помогает общему подъёму. При таком подходе всеобщей модернизации никак не получается.
  Отставание наше началось ещё с советского времени, когда индустриализация, т.е. тогдашняя модернизация, коснулась лишь тяжёлой и военной промышленности и сырьевых отраслей, но практически не затронула производство потребительских товаров. При капитализме  оборонный комплекс пришёл в упадок, сохранился сырьевой перекос, развилась сфера услуг, но потребительская индустрия по-прежнему отстаёт, и страна выходит из положения  только за счёт импорта. В относительном упадке пребывает и транспортная инфраструктура. Сфера отставания, таким образом, весьма широка, и именно она должна была бы стать предметом модернизации. Конечно, всего сразу не сделаешь, но решающими критериями должны служить не столько достижения в отдельных сферах, сколько обобщающие показатели уровня жизни и общепринятые признаки развитости экономики.
  Не может страна считаться модернизированной, если она платит своим рабочим втрое меньше, чем в Западной Европе, даже если она может похвастаться атомными электростанциями и передовой космической техникой. И также останется модернизированным уродцем экономика, претендующая на создание собственных силиконовых долин, но не способная  построить современную сеть шоссейных дорог и автострад.
  Когда мы говорим «без высокой зарплаты нет модернизации», мы, конечно, имеем в виду высокую производительность труда и капитала. А она, в свою очередь, достигается применением более производительной техники. Для этого требуется резко повысить долю капитальных вложений в национальном продукте, скажем, до 25 процентов. Об этом говорили на форуме, но дело не только в цифрах. Инвестиции можно потратить на покупку иностранной техники, но было бы ещё лучше, если бы они пошли на создание передовой отечественной техники. Беда в том, что в последние два десятилетия наше производственное машиностроение пришло в упадок и требуется его срочное восстановление на новом техническом уровне. Если говорить серьёзно, это и должно быть первым приоритетом нашей модернизации. Причём своя техника, постоянно обновляемая и осовремениваемая, нужна будет всё время в обозримом будущем. Это так и будет, если модернизацию понимать не как проходящую кампанию, а как непрерывный процесс, не столько направляемый сверху, сколько движимый  вперед самой экономикой.
  Главной причиной упадка машиностроения было почти полное отсутствие интереса к нему со стороны частного капитала. Олигархи мало заботились об обновлении доставшегося им основного капитала, лишь изредка прибегая к покупке подержанного импортного оборудования. В результате спрос на продукцию отечественного машиностроения катастрофически сократился, и перед ним остро встала проблема выживания.
  В конце президентства Путина была создана государственная корпорация «Ростехнология», призванная поправить положение. Это позволило сложить ресурсы отрасли в один кулак и начать медленное восстановление. Возобновилась разработка новых производственных технологий.
  Тогда же при Путине возникли две другие госкорпорации – Объединённая авиастроительная (ОАК) и Объединённая судостроительная корпорация (ОСК). Построенные по тому же отраслевому принципу, они заработали на втором дыхании. ОАК успешно освоила истребитель 5-го поколения и стоит на пороге серийного выпуска пассажирского Суперджет-100. ОСК спускает со стапелей один супертанкер за другим, не говоря о новых военных кораблях. Но с гражданским спросом по-прежнему туго. Так, отечественные авиалинии всё ещё предпочитают заказывать иностранные самолёты. Как преодолеть это препятствие, пока не ясно.
  Известно, что Медведев отрицательно относится к госкорпорациям и собирается их ликвидировать. Если он будет избран президентом на второй срок, судьбу этих корпораций, а с ними и всего отечественного машиностроения можно считать предрешённой. На форуме в Петербурге Медведев это фактически подтвердил, сказав, что в будущем инновациями будут заниматься только частные, но отнюдь не государственные компании.
  Если же модернизация будет следовать медведевским приоритетам, то отсталыми останутся и другие сферы экономики, такие как потребительская индустрия, производство товаров длительного пользования, транспортная инфраструктура. Удивительно, что никто из выступавших на форуме не обратил внимание на эту вопиющую однобокость президентской программы. Говорят, глава государства критики не терпит. В России это считается хорошей традицией. Но всему же есть пределы.
 

КТО ПЛАТИТ

  Кто финансирует модернизацию? Раньше считалось, что для этого достаточно бюджетных доходов от экспорта нефти с добавлением вложений частного капитала. После кризиса стало ясно, что бюджетный источник иссяк, сменившись дефицитом по меньшей мере на несколько лет. Опыт показал, что олигархический капитал не готов вкладываться во что-либо, не приносящее немедленной прибыли. Оказалось, что внутренних источников для оплаты модернизации практически не существует. Быть может, отчасти этим и объясняется скупость президентской программы, оглашённой на форуме. Зато нашёлся новый источник, на который теперь возлагаются все надежды. Это, как сказал Медведев, бум иностранных инвестиций. Оговоримся, что речь идёт не о внешних кредитах на закупку новейшей техники, по которым быстро  возникла бы непосильная задолженность наших компаний. А имеются в виду прямые вложения иностранных корпораций в наши промышленные предприятия, предположительно в сферах высоких технологий. Такие инвестиции не создавали бы внешней задолженности, но обеспечивали бы приток  новейшей техники. Другой формой с аналогичными последствиями  является постройка у нас иностранной компанией нового предприятия, находящегося у неё в полной собственности. При этом происходит чистое приращение нашего производственного потенциала, т.к. не требуется  закрывать или перестраивать купленное старое предприятие.
  Для получающей страны – в данном случае России – выигрыш этот  временный и не вполне безусловный, поскольку часть её экономики попадает под иностранный контроль, что связано с определёнными рисками, особенно если дело идёт о стратегически важных отраслях. Стало быть, решая вопрос о допущении той или иной иностранной инвестиции, правительству придётся тщательно взвешивать все «за» и «против».
  Похоже, что президент заранее решил проблему в пользу «за». На форуме он объявил о сокращении впятеро списка стратегических предприятий. Это больше сотни государственных предприятий, преимущественно в оборонном комплексе. Видимо, их секретность больше не считается столь высокой, если их решили приватизировать и предложить на продажу иностранцам. Впрочем, отнюдь не ясно, клюнут ли иностранцы на эту наживку и если клюнут, то как с ней потом поступят. В 90-х годах несколько оборонных предприятий, попавших в руки иностранных фирм, были сразу же просто закрыты.
  На форуме Медведев сообщил также о снижении ряда налогов, касающихся прямых инвестиций.  Но не сказал главного: в какие отрасли в первую очередь мы ожидаем наплыва инвестиций. Если дело ограничится упомянутыми пятью отраслями, то можно заранее сказать, что обещанного бума не будет.
  Опыт прошлых лет показывает, что зарубежные компании предпочитают в России далеко не все отрасли. Прямые вложения их сосредоточены  в нефтедобыче,  банковском деле и торговле, а из обрабатывающих отраслей  только в пищевой,  пивоваренной и табачной. В самые последние годы этот список пополнился несколькими автосборочными заводами. Как видно, список этот очень узок и, чтобы соответствовать понятию модернизации, он должен быть существенно расширен,  прежде всего за счет отстающих и высокотехнологических предприятий. Но что иностранные инвесторы именно сюда придут, отнюдь не гарантировано.
  Дело в том, что наши представления о модернизации могут не совпадать с представлениями и интересами других государств.  Например, наш президент потратил целый день на осмотр калифорнийской Силиконовой долины, а на другой день  в Белом доме дал обещание купить 50 авиалайнеров «Боинг 737». Это, конечно, задержит развитие нашего авиапрома на несколько лет, как в свое время импорт курятины из США загубил наше отечественное производство бройлеров.
  И вообще, так ли нам   нужен для модернизации бум  иностранных инвестиций? Статистика говорит, что у нас коммерциализируется только 5 процентов НИОКР, а в Западной Европе 60 процентов. Нам бы, говорит Медведев, довести эту цифру хотя бы до 25. Но для этого нужны не многие миллиарды долларов, в более скромный эквивалент в рублях, умный капиталист, хотя бы и отечественный, и ещё хорошо спланированный спрос на новый продукт. Короче говоря, в рассуждениях о модернизации всё ещё надо разложить по логическим полочкам.
 

ПОВОРОТ В ПОЛИТИКЕ

  Некоторое время назад в журнале «Русский Ньюсуик» был опубликован материал, ставший сенсацией для западной прессы. То была, якобы, утечка из закрытых документов российского Министерства иностранных дел, что-то вроде аналитической записки, где говорилось о необходимости крутого поворота во внешнеполитическом курсе. Прежний жёсткий курс по отношению к странам Запада необходимо смягчить, т.к. это наносит вред экономике, лишая её доступа к новейшим технологиям.
  Наш МИД не подтвердил ни прямо, ни косвенно подлинности этого документа, тем не менее западная печать приняла его за чистую монету. Более того, она напрямую связала его с провозглашённой Медведевым модернизацией, утверждая, что без западной финансовой и технической помощи  модернизация в России не может состояться.
  Но надо ли торопиться помогать России, заговорили скептики, не лучше ли подождать, пока политика России действительно изменится? Конечно, Медведев это не Путин, при нём Москва уже пошла на существенные уступки, согласилась на санкции против Ирана, осудила действия Северной Кореи, советуется с Вашингтоном по делам в Киргизии, пошла на примирение с Польшей. Если поддержать его затею со Сколково, это может помочь Медведеву переизбраться в президенты и освободиться от опеки со стороны Путина.  Тогда-то и появятся главные дивиденды для американской политики.
  На петербургском форуме президент неслучайно заставил нашего министра иностранных дел выступить по вопросам внешней политики. Ничего принципиально нового Лавров не сказал, но факт увязки модернизации с политикой был закреплён. Вместе с тем, будучи в Калифорнии, президент чётко обозначил, что не хочет увязывать модернизацию с изменением политического строя. У нас молодая демократия, сказал он, и свои традиции. На простом языке это значит, что он не готов отказываться от строя, который  продлевает его власть на долгие годы. В США ему никто не возражал. При всей любви к демократии их вполне устраивает авторитарный режим, лишь бы правитель был удобный. Как говаривал Франклин Рузвельт по другому поводу: «Пусть мистер Икс сукин сын, но это же наш сукин сын».
 

ОТВЕТ ОПТИМИСТУ

  Я уже заканчивал эту статью, когда на глаза попалась очередная сентенция А. Салуцкого в мой адрес (см. «Слово» от 2 июля с.г.). Не скрою, методы спора моего оппонента мне не нравятся. Прибегает к старому способу недобросовестных полемистов – придумывает за меня мои  тезисы, а потом победоносно их опровергает. Скажу прямо – со мной этот номер не пройдёт.
  Неправда, будто я предрекаю острую борьбу на президентских выборах 2012 года  предположительно между Медведевым и Путиным. Мой главный тезис совсем иной. Я утверждаю, что Медведев пересмотрел политику Путина и проводит совсем другой курс, как внутри, так и вне страны. Это возвращение к массовой приватизации, разгром государственного сектора, ставка на олигархов и иностранный капитал, политические уступки Западу. Такая политика сулит новые несчастья России, и я не хотел бы, чтобы нынешний президент был переизбран на второй срок. На мой взгляд, материалы данной статьи ещё больше подтверждают справедливость такой позиции.
  А. Салуцкий не возражает мне по существу, а вместо этого переводит разговор на другую тему, упрекая меня в пессимизме.  Начитался, мол, у себя в Амстердаме Интернета и стал пессимистом. Вынужден разочаровать оппонента – пессимистом, а лучше сказать реалистом, я стал, слушая каждодневные речи Медведева по телевидению. И не я один. Среди москвичей таких реалистов много.
  Если те же речи вызывают у Салуцкого, как и у других либералов, телячий оптимизм, то я тут ничем помочь не могу.
  За сим честь имею.
 

Амстердам.
Станислав МЕНЬШИКОВ

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: