slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Леонид ФАДЕЕВ. О себе

 Леонид Фадеев Родился 5 ноября 1935 г. в д. Шибихино Арнишицкого сельсовета во Всходском, ныне Угранском, районе Смоленщины. Нет на карте родной деревни. Её сожгли фашисты. И она уже не возродилась. Но её образ живёт в моей памяти всегда.

 

  Помню, как нас, жителей окрестных деревень, немцы однажды построили в колонну, под конвоем автоматчиков пригнали на станцию, затолкали в «телятники» и  повезли на запад. На одной из станций в Белоруссии эшелон с невольниками неожиданно бросили в тупичке, и мы, чтобы не умереть от голода, разбрелись по окрестным сёлам. Я с бабушкой просил милостыню, идя от деревни к деревне. Так вот и выжили. Два года был пастушком на одном из белорусских хуторов. Отец вернулся из армии после войны инвалидом, с трудом разыскав нас в одной из деревень под Минском. Но в родную деревню мы не возвратились: от неё остались одни пепелища.
  В моей памяти и сегодня живут картинки нашего скитания по чужим углам. В школу пошёл — сразу в третий класс. После окончания школьной учёбы служил в армии. Затем поступил на филологический факультет Белгосуниверситета. Получил диплом журналиста. Работал в районной, а затем в республиканской печати.
  В Москве живу с 1983 года. Служил в одном из столичных комитетов профсоюза по агропромышленным делам. Обычная бумажная контора, но она дала возможность побывать во всех уголках России: помню Верхоянск, Калмыкию, Каспий... Наверно, в этот период я состоялся как поэт. Первые стихи опубликовал будучи студентом. Сегодня я автор пяти поэтических книг, более 700 стихотворений. Сдал в печать новую книгу «Благодарение». Эта подборка — в основном из неё.
  Член Союза писателей России.

«Мы Родину не выбираем —
одна навек, как и судьба»

 


НАЗВАНЬЯ

Мой край родной!
душа дивится
твоим названьям речек, сёл:
Воря, Ворона, Большевица,
Землянки, Маковка, Мосол.
К дороге жителями вышли
на нас, проезжих, посмотреть,
в душе вынашивающих мысли:
к удачам первыми успеть...
Они, сельчане, вслед нам глядя,
наверно, думают о том,
как заманить нас к душам грядок,
к полям, поросшим лозняком.
Мы на дорогах их не слышим,
как и не слышим тех людей,
которые под сельской крышей
верны отеческой земле,
которые зимой и летом
дела вершат за семерых,
не шастают по белу свету,
ища удачливость игры.
... От деревень послами вышли,
улыбкой душу мне согрев...
А хватит ли, чтоб их осмыслить,
томов толковых словарей!?
Привет, Ворона, Большевица,
Землянки, Маковка, Мосол!
Ваш слышу голос, вижу лица
к себе зовущих русских сёл.

 
ЛЕТНИЙ ДЕНЬ

Бледным ликом из-за леса,
где, дрожа, таилась тень,
не скрывая интереса,
над землёй склонился день.
Вижу: блудный сын Востока —
этот отрок неземной
поднимает над флагштоком
стяг с полоской голубой.
А ему росинки лета —
то с цветочка, то с листка
огоньками самоцветов
радость шлют издалека,
наполняют душу светом,
тают, жертвуя собой...
А вокруг — примета лета —
цвет зелёно-голубой!
Вижу: выйдя за деревню,
озирая дальний путь,
день медаль чеканки древней
прицепил себе на грудь.

 
ДОЛЯ

Там, где лес и поле,
там, где луг и речка, —
обручён я с долей
радугой-колечком.
Там, в лесочке с краю,
дуб стоял могучий,
дюжими ветвями
разгоняя тучи.
Ветерком подула
нива утром рано,
колоском махнула,
как рукою мама.
Подпоясан реченькой
с рыбкой золотою,
луг собрал в букетик мне
царство расписное.
И — уже с дороги —
на прощанье там я
поклонился в ноги
Родине, как маме.
И, не раз бывая
в трёх шагах от смерти,
я не забываю,
где крещён трёхперстьем.
Мне перста святые
жизнь оберегают,
веры русской крылья
мне опорой стали…
Помню лес и поле.
Помню луг и речку.
Над моею долей —
радуга-колечко.

 
ДОБРОЕ СЕРДЦЕ

Доброе сердце людское,
кланяюсь в пояс тебе,
бейся, не зная покоя,
в ближней и дальней судьбе.
Знаю, бываешь ты щедрым
и бескорыстным, как мать,
знаю, бросаешься первым
страждущим помогать.
Горем убитый воскреснет,
если ты к ране прильнешь,
ты, как хорошая песня,
лечишь и к жизни зовёшь.
Может, случится однажды —
я на тропе упаду,
помощи руку подашь ты,
верю в твою доброту.
Доброе сердце людское,
песню пою о тебе,
вечно живи, беспокоясь
о ближней и дальней судьбе!
 

К БЕРЁЗКЕ

Кто тебя из леса вывел
и поставил на краю?
Кто, скажи, берёзка, вымыл
блузу добела твою?
Кто из камня-изумруда,
стать приметив и красу,
подарил серёжки-чудо,
солнца луч заплёл в косу?
Отчего в начале лета
из шатра твоих ветвей
с вдохновением поэта
грянул трелью соловей?
Отчего с тобой, любава,
хорошеет весь лесок,
и без примесей-добавок
сладок твой целебный сок?
Отчего под воскресенье
в баню тянет на полок,
чтоб твоей ладошкой веник
обновил мне крови ток?
Видно, Бог тебя послал нам,
завещая на роду,
чтоб ты людям другом стала,
чтоб дарила доброту.
Неподдельных, настоящих
столько прелестей таишь!
Нету жарче, нету ярче
дров берёзовых твоих!

 
ЧИСТЫЙ СНЕГ

Над городом вечерним —
чахлый свет,
и взгляду нет привольного разбегу,
соскучился в задымленной Москве
по чистому нетоптаному снегу,
по домику на краюшке леска
за деревенькой древней Головково,
где тропка полем стелется —
легка,
впадая в мир берёзово-еловый.
И вот он — здравствуй,
чистый в поле снег!
Зима в сугробах держит оборону,
на столб усевшись, здравицу весне
орёт от солнца пьяная ворона.
Тепло лучей вбирает жадно снег,
омыв листки озимого побега,
чтоб летом колос
с налитым зерном
поклоном встретил в поле человека.


МОЯ СТОРОНУШКА

Моя Угранская сторонушка —
среди лесов шматки полей,
где брат Иванушка с Алёнушкой
блуждают тропкою моей.
Её улыбкою наряжен,
душою доброй награждён,
а как иду — кужельной пряжи:
холстины тропок стелет лён.
На этих тропках за Угрою
и в души тех, кого уж нет,
война железною пятою
вдавила свой звериный след,
Богат ли, беден милый край мой,
в селе заброшена ль изба, —
мы Родину не выбираем —
одна навек, как и судьба.
И где б сегодня ни спросили
о рядовой твоей судьбе,
я начинаю о России,
а это значит — о тебе.

 
СУТЬ

А надо мной, как веником,
сметает
березка веткой стайку облаков,
где в небесах голубизна такая,
как будто вижу россыпь васильков.
В небесном доме — окна нараспашку
для радостей, для добрых,
светлых дум,
а здесь — мой дом,
дом крохотной букашки,
где счастье жить мы делим
и — беду...
Весенний лес мне душу отпирает
листком березовым неслышно,
как ключом,
a в ней грустинка по родному краю,
где с детства помню стежку
за селом!
Не в этом ли мое земное счастье?
И суть его, и суть души моей
вот-вот сольются, став живою
частью
родных небес и здесь —
лесных корней.

 
ЯБЛОНЯ

Хозяйкой пришла золотая
погожая осень в сады.
Я радость свою не скрываю:
на яблоне юной — плоды!
С апреля — в зеленых кудряшках,
а в мае — вся крона бела,
как будто букет из ромашек
ей утром весна принесла!
А солнце тепло отдавало,
не раз к ней спешила пчела
и каждый цветок миловала,
чтоб завязь надежней была...
Мне яблоня бросила яблоко,
когда я вблизи проходил, —
с теплинкою спелости, яркое
и полное солнечных сил.
Ну как ее доброму нраву
улыбку свою не послать?
Я помню: могла только мама
так молча краюху подать...

 
НЕТ МИЛЕЕ

Поле, лес... В лугах петляя,
речка ловит синь небес.
Нет милей родного края
с тихой жизнью без чудес,
где разбитою дорогой
по колдобам, не спеша,
молча к отчему порогу
столько лет бредёт душа...
Столько лет она с надеждой
ищет, помня, островок,
где поскребышем из дежки
сладко пахнет колобок.
Пусть заброшен, покалечен
край родной, — мне нет милей
рая зимнего на печке,
сказок бабушки моей.

 
РУССКАЯ ПЕСНЯ

Говорят — я не сахар,
говорят, что я — перец…
Я из мира без страха
в мир пугливых пришелец.
Я не рыцарь свободы,
но за нею в пути я.
В небе края родного
опираюсь на крылья.
А те крылья — молитва, —
к доброте призываю
и душою открытой
день грядущий встречаю:
- Ой, ты, русская воля,
ой, ты, море без краю!
Где ты, светлая доля,
о которой мечтали?!
Вижу робкую радость,
Русь лицом посветлела…
Вековая усталость
навсегда ли слетела?

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: