slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Гамбит Путина

Внепарламентская оппозиция и раньше не скупилась по части критики правящего дуумвирата — премьер-министра и президента. Но нынешний март стал особенно урожайным на персональные нападки, адресованные Владимиру Путину. Началось с десятитысячной протестной демонстрации в Калининграде, где небольшая группа участников несла плакаты с призывом к премьеру подать в отставку. Такое требование было не только беспрецедентным, но и неожиданным, т.к. именно в этом месяце личный рейтинг Путина в опросах общественного мнения достиг весьма высокого показателя – 78 процентов. Когда подобные же попытки были сделаны во Владивостоке и некоторых других городах, стало ясно, что речь идёт о специально организованной антипутинской кампании.

ЭХО МОСКОВСКОЕ И ЗАПАДНОЕ

  Вскоре радиостанция «Эхо Москвы» сообщила, что в Интернете началась кампания по сбору подписей под письмом с требованием отставки Путина, причём для вящей убедительности подписантам предлагалось указывать профессию, место работы и жительства. За первые недели было собрано около 10 тысяч подписей. Расчёт был явно на всероссийский масштаб, но не получилось. Впрочем, выступившая на «Эхо Москвы» в программе «Особое мнение» Евгения Альбац сказала, что и того немало, т.к. в числе подписавших преобладает интеллигенция, т.е. сливки общества.
  Несколько дней спустя в той же программе Леонид Млечин заявил, будто Путин сильно устал от работы и с удовольствием ушёл бы из премьеров, если ему предложили бы подходящую должность, например, генерального секретаря ООН.
  Но после антизападной мюнхенской речи Путина это вряд ли возможно. Однако премьер, рассуждают другие комментаторы, якобы согласился бы и на меньшую должность, например главы Международного олимпийского комитета.
  Людям малосведущим вкрадчивый голос Млечина, видимо, внушает доверие, т.к. после передачи знакомые спрашивали меня: «Говорят, Путин уходит?».
  Не обошлось и без компромата. В Интернете гуляет целая серия материалов о «преступных» деяниях Путина, о его миллиардных состояниях, связях с наркомафией и т.д. Там же Марина Салье из Санкт-Петербурга воспроизвела свою статью двадцатилетней давности о неких сомнительных контрактах, якобы заключённых Путиным, когда он работал в тамошней мэрии. Ничего более свеженького ей найти, видимо, не удалось.
  Западная печать охотно подхватила антипутинскую тему. Появились корреспонденции из Москвы под кричащими заголовками «В России растёт недовольство Путиным». К числу признаков такого недовольства здешняя пресса относит даже итоги недавних местных выборов, где «Единая Россия», победившая в подавляющем большинстве округов, уступила оппозиции на нескольких участках. Трудно сказать, на кого рассчитана такая аргументация. Ведь ясно, что Путин как лидер «единороссов» не может отвечать за поражение на выборах, скажем, мэра Иркутска.
 

КОМУ ОН МЕШАЕТ

  Сейчас антипутинская кампания несколько притихла. Надолго ли, неизвестно. Думается, однако, что это непреходящий эпизод в политической борьбе, и потому небезынтересно разобраться в том, какие силы за ним стоят.
  Если бы это были только внепарламентские группы, враждебные режиму в целом, то непонятно, почему они выбрали для нападок одного премьера и пощадили президента. В детективных сюжетах главный вопрос всегда: кому это выгодно? А в нашем случае важно определить также, кому Путин больше всего мешает.
  За два года существования нынешнего властного дуумвирата накопилось достаточно много случаев, когда их интересы совпадали и когда они расходились. Так, реакция на грузинское вторжение в Южную Осетию продемонстрировала их единодушие и единство воли. И наоборот, в оценке деятельности государственных корпораций их позиции резко разошлись.
  В последнем случае расхождение не только имеет принципиальный характер, но и растянуто во времени, что ещё больше накаляет обстановку. Медведев не просто покритиковал госкорпорации, но и приказал правительству их расформировать. Такое распоряжение президент сделал, прекрасно зная отрицательное отношение премьера, т.е. заведомо напрашиваясь на конфликт. При этом сопротивление Путина почти наверняка затянет ликвидацию госкорпораций за пределы срока медведевского президентства, сделав их судьбу зависимой от того, останется ли Медведев в Кремле после 2012 года или нет. Настаивая на более быстром решении вопроса о госкорпорациях, президент только обостряет отношения с премьером.
  Дело не ограничивается госкомпаниями. В последнее время президент всё чаще вторгается в сферы, которые, строго говоря, выходят за пределы его конституционного мандата, например, экономику и даже спорт, вызывает министров и других чиновников через голову их непосредственных начальников, даёт им поручения, обязательные для исполнения. Число таких поручений за год превышает полторы тысячи. Понятно, что часто они расходятся с указаниями правительства и лично премьера. Необходимая координация между правительством и президентской администрацией нередко отсутствует, что порождает неразбериху. Недавно президент публично жаловался, что чуть ли не половина его поручений не выполняется и грозил чиновникам увольнениями. Получалось, что именно правительство и в конечном счёте премьер не в состоянии наладить исполнительскую дисциплину. Должно быть, президент хотел бы для своих поручений установить безусловный приоритет, но при действующем полновластном премьере это едва ли получится.
  Наконец, существует ещё одна область для возможных расхождений – внешняя политика. Путин по-прежнему активно в ней участвует, как в зарубежных поездках, так и оставаясь в России. При этом, как опытный аппаратчик, он избегает пересекающихся отношений с МИДом, который напрямик подчинён президенту. Для ведения международных дел у премьера есть свой внешнеполитический помощник.
  Тем не менее существует  неписаное правило, согласно которому все руководители иностранных государств и другие высокие представители  посещают не только Медведева, но обязательно также встречаются с Путиным. Трений  при этом чаще всего не возникает, т.к. вопросы для обсуждения заранее согласовываются. Но бывают и исключения.
  Так, наши переговоры с США по новому договору о стратегическом ядерном оружии затянулись из-за отказа Вашингтона ограничить развёртывание своего противоракетного оружия. Американцы думали, что Москва в этом вопросе рано или поздно уступит и потому тянули. Тогда выступил Путин, заявивший, что без принятия нашего условия о ПРО соглашения не будет. Американская пресса стала обвинять Путина в затягивании переговоров. Госсекретарь США Хиллари Клинтон несколько раз приезжала в Москву, встречалась с Путиным, после чего жаловалась на его непреклонность. В последний раз она заявила, что Путин ей «преподнёс сюрприз», сообщив о предстоящем окончании строительства атомной электростанции в Иране осенью этого года. Сюрпризом эта новость, конечно, быть не могла. Хиллари просто иллюстрировала жёсткий стиль российского премьера.
  В конце концов после ещё двух прямых телефонных разговоров между Обамой и Медведевым удалось сойтись на компромиссной формуле. В конце последнего разговора Обама будто бы сказал: вот видите, как у нас хорошо получается без посредников. А ведь договора могло и не быть.
  Намёк был достаточно прозрачен – давайте, мол, обходиться без Путина.
 

КАК ВЫБИРАЛИ ВРЕМЯ

  Но почему для атаки на Путина была избрана именно весна 2010 года, а не какое-то другое время? Чтобы разобраться в этом вопросе, вернёмся на три года назад, когда неожиданно для многих своих сторонников он отказался от поста президента и своим преемником выбрал Медведева. Казалось бы, куда проще было подправить конституцию и устроить себе третий срок. Но такой путь ставил под вопрос его легитимность и потому Путина не устраивал, и он решился на рискованную комбинацию.
  В политической игре комбинация такого рода названия не имеет, а в шахматах именуется гамбитом. Игрок жертвует фигурой, а взамен получает сильную позицию, которая, если её разыгрывать правильно, неминуемо ведёт к победе. Пожертвовав временно президентским постом, Путин рассчитывал получить сравнимую по силе политическую власть, которая позволит ему вернуться в Кремль в 2012 году или раньше. Положение премьера само по себе это не гарантировало. Положение лидера правящей партии с абсолютным большинством в Госдуме добавляло силы и влияния, но тоже не давало полных гарантий. Требовалась ещё персональная договорённость между Путиным и Медведевым о разделении сфер влияния и взаимное согласие о возврате Путина в президенты в 2012 году. У нас нет безусловных доказательств существования такого соглашения. Но трудно поверить, что Путин без этого решился бы на описанную комбинацию.
  Да и весь ход событий в период дуумвирата показывает беспрецедентную власть премьера, подобной которой не было ни у одного из его предшественников. Существует почти полный паритет между президентом и премьером даже по числу ежедневных появлений на государственном телевидении. Такое невозможно без особого порядка, установленного сверху.
  Итак, казалось бы, для благоприятного завершения гамбита у Путина есть все предпосылки. Но в отличие от шахмат политическая игра ведётся на доске с большим числом клеток и фигур, с менее определёнными правилами. Здесь ситуация непрерывно меняется, и предусмотреть ход событий неизмеримо труднее.
  Например, экономический кризис, больно ударивший по России, объективно ухудшил позиции премьера, на которого легла вся ответственность за случившееся в экономике. Путин, правда, понёс сравнительно малые потери, личным вмешательством закрыв чёрную дыру в Пикалёве и отстояв от наскоков либералов обещанное повышение пенсий. Однако новых поводов для атак на премьера кризис предоставляет достаточно много.
  За исключением истории с госкорпорациями президент прямо не нападал на премьера, но косвенных атак было сколько угодно. Так, кампания против коррупции в конечном счёте била по «главному бюрократу» – главе правительства. Администрацию Президента эта кампания нисколько не задевала. Зубодробительная реформа Министерства внутренних дел, объявленная президентом буквально накануне террористических актов в Московском метрополитене, имела ту же направленность. Снять с работы путинского выдвиженца министра Нургалиева президент не решается, но почистить и тем самым опозорить министерство он может. То же самое относится к министру спорта, находящемуся под протекцией премьера.
  Активизация деятельности президента шла по нарастающей и достигла пика весной 2010 года. Не случайно, что кампания за отставку Путина началась как раз в это время. До очередных выборов в Госдуму и выдвижения нового кандидата в президенты остаётся немногим более полутора лет. Срок небольшой, и решение о том, кому быть будущим президентом, надолго откладывать нельзя.
  Когда иностранные журналисты интересовались, как будет решаться этот вопрос, один из ответов был такой: вот соберутся Путин с Медведевым и по-дружески договорятся, кому из них выдвигаться.
  Допустим, что это не шутка и что такой разговор рано или поздно состоится. Ясно, что решающее слово в нём будет за Путиным и что его кандидатура будет выдвинута, если только он сам не откажется или не подаст в отставку. Но такое случится только под сильным давлением. Начавшаяся антипутинская кампания и есть тот самый первый сигнал. Продолжение обязательно последует. Оно и следует. В частности, появилась редакционная статья в американской «Геральд трибюн», в которой ответственность за последние террористические акты возлагается на жёсткий режим, установленный Путиным на Северном Кавказе. Такой же вывод превалирует и в прессе других западных государств. Тем самым как бы даётся команда на продолжение в России притихших было атак.
 

СТАВКА  НА ВЕКСЕЛЬГРАД

  Существует мнение, что президент и премьер по крайней мере едины в отношениях с олигархическим капиталом. В подтверждение приводят факт выдачи миллиардных субсидий олигархам, попавшим в трудное положение во время кризиса. Но такое единство не мешало Путину жёстко вмешиваться в дела олигархов, когда он считал это необходимым. Классический случай – когда город Пикалёво оказался без работающих предприятий по вине Олега Дерипаски, отменившего контракт на поставку сырья. Премьер лично явился на место событий и буквально силком заставил олигарха отменить своё решение. Предприятия заработали, и люди вернулись на свои рабочие места.
  В практике деятельности премьера это не единственный случай приказного подхода к миллиардерам, что вызывает у них недовольство. У Медведева другой стиль. Когда он публично заявил: Не надо «кошмарить» бизнес, он имел в виду премьера. Олигархи чувствуют это различие.
  Большой бизнес хорошо помнит судьбу Михаила Ходорковского и потому инстинктивно боится Путина и, наоборот, симпатизирует Медведеву. От нового президента ждали, что он помилует Ходорковского, и хотя этого не произошло, доверяя олигархов он ещё не потерял.
  Не случайно главой Иститута современного развития под попечительством Медведева был поставлен Игорь Юргенс, в прошлом второй человек в Союзе промышленников и предпринимателей. В недавнем докладе института, написанном Юргенсом вместе с Евгением Гонтмахером, излагается долговременная программа развития России, которая практически перечёркивает принципиально иную программу, принятую при Путине.
  Когда президент отвергает госкорпорации, он фактически поддерживает частные концерны, предводительствуемые олигархами.
  Недавнее решение о создании специального центра инноваций в подмосковном Сколкове (российской «Силиконовой долины») говорит о том же. Несмотря на наличие в стране готовых инновационных площадок–академгородков, выбрано место по соседству с имениями нескольких миллиардеров. А главное – верховным координатором нового центра назначен олигарх Виктор Вексельберг. Многие знающие люди сомневаются в правильности выбора места, требующего куда больших затрат, чем уже готовые площадки. Сомнения вызывает и личность координатора, у которого нет опыта работы по продвижению инноваций. А ведь речь идёт о желании совершить чуть ли не революционный переворот в модернизации российской экономики. При всех условиях на создание Вексельграда потребуются годы, и быстрых результатов для экономики ожидать нельзя.
  Другое дело политические дивиденды. Назначив Вексельберга координатором, президент положил начало образованию нового альянса олигархов под своим крылом. Одно из слабых мест Медведева – отсутствие собственной политической партии. «Единая Россия» до сих пор его поддерживала, но не как кандидата на переизбрание, а как действующего президента, выдвинутого Путиным. В принципе «единороссы» лояльны Путину, как своему признанному формальному лидеру и готовы выдвинуть его кандидатуру в новые президенты, когда он того пожелает.
  Но кто выдвинет Медведева, если Путин будет против, хотя бы и не открыто? Для этого и понадобится политический Вексельград, который и новую партию создаст, и финансирование избирательной машины обеспечит. Нечто подобное происходило в 1996 году, когда при отсутствии собственной политической партии и при чудовищно низких рейтингах президентом был переизбран Ельцин, опираясь на деньги семибанкирщины.
  Может ли такое повториться, покажет ближайшее будущее. Сейчас в недрах правительства готовится решение по созданию особого ведомства, которое возглавило бы работу по комплексной модернизации.
  При колоссальных финансовых и кадровых ресурсах, находящихся в распоряжении Путина, это может стать мощным контрударом по затее с Вексельградом.
 

Амстердам.
Станислав МЕНЬШИКОВ

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: