slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Галина УЛЕТОВА: Я не помню себя взрослой

Глядя на эту женщину, никогда не угадаешь, какой юбилей она справляет. Наверное, потому, что прожитые на сцене годы заслуженная артистка России Галина Улетова оценивает по радости встреч со зрителем. Воспоминаниями о некоторых страницах своей непростой творческой и личной судьбы мы попросили её поделиться с нашими читателями.

– Галина Михайловна, подходя к любому юбилею, невольно оглядываешься назад и проводишь некую «инвентаризацию» пройденного пути. Вы на эстраде уже три эпохи: советскую, перестроечную и нынешнюю, капиталистическую. Такие радикальные исторические изменения в стране сильно повлияли на вас лично?

– Очень. Будто жила и работала в трёх разных странах. Когда пришла на эстраду, артисты понятия не имели о той «кухне», в которой готовятся концерты. Какие там декорации, освещение, билеты, афиши… Какая разница, сколько все это стоит… Мы думали только о том, как бы разрешили отработать побольше концертов. Ведь тогда в Москонцерте существовала так называемая редактура, которая заранее расписывала занятость каждого артиста. Норма составляла 17 концертов в месяц. И ни одним больше! И при этом выступать нас посылали большей частью в заводские цеха на концертах, которые тогда назывались «В рабочий полдень». Это, конечно, были небезынтересные встречи, но артист-то мечтает о другом – о публике, которая идет к тебе не на обед, о залах, где не станки чернеют, а сверкают хрусталем люстры. И вдруг сверх утвержденного лимита рабочих полдников тебя приглашают, например, в Колонный зал! Что делать? Бежишь к директору, пишешь заявление, упрашиваешь вписать это выступление в план будущего месяца, соглашаешься ждать гонорара, сколько скажут... А представляете, как все мы атаковали дирекцию в ноябре, мае и на Новый год, когда вся страна поет и танцует.

Сейчас, когда тебя никто ни в чём не ограничивает, те проблемы кажутся смешными пустяками. Теперь, готовясь к сольному концерту, артисту надо напечатать афиши, позаботиться, чтобы билеты попали к распространителям не позднее чем за полтора месяца, добыть разные технические установки, привезти их в театр, договориться, чтобы установили, заказать декорации, доставить их, повесить, осветить… И за все заплатить, заплатить, заплатить. В общем, без материальной помощи – никуда. Ведь только подготовка к юбилейному концерту стоит около миллиона! Пришлось даже обратиться за поддержкой к Иосифу Давыдовичу Кобзону, чтобы он объяснил это чиновникам от культуры.

– Никогда не появляется желание забросить все эти хлопоты?

– Пока в них варишься, всякое бывает. Но когда звенит последний звонок, раскрывается занавес и на тебя, замерев в ожидании, смотрит публика, которую не гнал к тебе никакой профсоюз, от хлопот и подсчётов не остается и следа. Только ты, голос и крылья за спиной.

– Сейчас даже трудно поверить в то, что родители были против вашего выбора. А потом, когда ваш голос зазвучал на всю страну, пришел колоссальный успех и вы получили звание заслуженной артистки России , они оценили сделанный вами вопреки их воле шаг?

– Они его оценили, когда моей дочери Кате было уже 16 лет. Отец  тогда признался: «Галя, мы были не правы, прости нас. Но ни мы с мамой, ни другие родные не верили в тебя».

– И вы простили?

– Конечно. Но поняла, почему в моей жизни было столько препятствий – они тянулись от неверия самых близких и родных людей.

А что касается нашего дуэта с Георгием Мещеряковым – солистом ВИА «Добры молодцы», то  у нас действительно очень хорошо сливаются голоса  тембрально, поэтому много лет вместе. Исполняем романсы и русские песни. Причем практически над ними не работаем – два-три раза споем, и они вроде сами  закрепляются  в нашей интерпретации.

– Видимо, вы все-таки сливаетесь не только тембрами, если десять лет прожили в браке, но и после разрыва продолжаете работать вместе?

– А мы так и остались родными. Переживаем друг за друга, постоянно звоним. В наших отношениях нет абсолютно никакого негатива. Хотя  первые семь лет я страдала сильно. Но ничем ему этого не выказывала. Однажды только, когда года через три-четыре встретились в тесном кругу, прослезилась. И всё. Со временем поняла, что ему необходимо, чтобы рядом была стерва. А поскольку найти такую не так-то просто, то надо находиться в постоянном поиске. Поэтому после меня у него уже третья женщина (смеется).

– Можете дать нашим читательницам совет по цивилизованному разводу, после которого не черепки летят, а продолжается совместная творческая работа?

– Конечно. Дорогие женщины, и себя не роняйте, и его не унижайте. За второе он вам будет потом благодарен. А не унизившись сама, вы не дадите повода вытирать о вас ноги. Первое время будет, конечно, трудно. Но, поверьте стреляному воробью, это пройдет. А уважение друг к другу останется. Это особенно важно, если вас объединяют общие дети.

– Неверие родных в ваши силы, разрыв с любимым человеком, трудности современной актерской жизни, а вы все также по-прежнему улыбчивы и приветливы. Это у вас врожденное или благо приобретенное?

– Да знаете, никак не могу себя почувствовать взрослой.

– Поэтому и попадаете в разные истории? Как, например, случилось, что вы чуть не потеряли руку?

– Это было в Афганистане. Но не в результате каких-то военных действий. Просто укусила муха цеце. А у нее такая отвратительная особенность – кусает и тут же в рану откладывает свои яйца. Когда врачи в Москве увидели воспаленную распухшую руку, то завели речь об ампутации. Но в то время резать руки мне было некогда – на носу были выпускные  экзамены в Гитисе. Так композитор Марк Фрадкин буквально с постели поднял, светлой памяти, профессора Лукомского, и под его руководством было сделано всё,чтобы спасти мою руку.  Правда, лечиться после этого пришлось ещё три месяца: рану все время подрезали и чистили. А когда воспаление закончилось, взяли кожу с бедра и поставили на руку «заплатку». Вот так афганская война прошлась по моему телу.

– И, кажется, это была не последняя пакость, которую вы привезли с гастролей?

– Да уж, домашние до сих пор вспоминают, как в Аргентине на улице я нашла попугая ару и привезла домой в Москву. Все обрадовались, стали поить его из ложечки, и он всю мою семью заразил пситокозом, который в старые времена называли «финкой». Это противное заболевание, при котором отключаются внутренние органы. Но, слава Богу, все обошлось. Жизни оно стоило только самому попугаю.

– В общем с фауной у вас отношения не складываются.

– Нет,почему? У нас в доме с
94-го года живет кот Семён Семёныч, который любит сидеть у меня на левом плече, и с 97-го – его подруга Елизавета Семёновна, которая любит спать у меня в ногах. Так что с неэкстримальной фауной у нас как раз отношения прекрасные.

– Галина Михайловна, вы принимаете участие в программах клуба авторской песни у  Олега Рождественского и сами выпустили шансонный диск. Это было неожиданностью для знатоков вашего творчества. Как вы вышли на эту «тропу»?

– Этот диск называется «Столичная подружка». Иногда я из него пою на концертах две-три песни и не более. Потому что и жанр, и тема там специфические по сравнению с более привычной для публики в моем исполнении лирики и романсов.

– Он ведь состоит из песен о женщинах легкого поведения, да? Чем же это они вас так зацепили, что даже стали одной из тем творчества?

– Всю жизнь я слышала истории о жизни таких женщин. А в последние годы по пути в Зеленоград к своим сестрам стала видеть их постоянно на Ленинградском шоссе. В холод, дождь и на ветру. И родились строчки: «Подмосковная красотка на обочине шоссе согревает душу водкой, вся продрогнув до костей…» Ждет она короля, но какой там король…

Песни об этих жрицах любви –  это моё сожаление о несостоявшихся матерях, о женщинах, которые в основном не знают, что такое семья. Но я попыталась не рассказывать о них со стороны, а раскрыть их внутренний мир.

– Для этого его нужно знать…

– А я просто рассказываю истории, на которые пытаюсь посмотреть как будто их глазами. Вот в песне «Молчи» рассказываю, как к ней постоянно приезжает зарубежный клиент, и в конце концов она в него влюбляется и просит: ну скажи, что любишь, хотя бы – что хорошо со мной, и не смотри на календарь – у нас всего четыре дня... А он ей только: «Се ля ви!» Другая история: во дворе на нее смотрят с осуждением, а выйдет на улицу – там мужчины сворачивают головы, распахивают кошельки. И думается ей: пора их наказать… Ведь заработать-то большинству все равно удается только на хлеб с маслом да колготки.

– И еще, возможно, станет новостью для поклонников то, что вы не так давно начали преподавать?

– Да, уже четыре года. У меня в школе искусств восемь учеников в возрасте от семи до четырнадцати  лет, которым я преподаю не эстраду, а ставлю голоса, учу правильно дышать, ощущать мир через музыку. Они очень способные ребята, стараются в пении выразить все свои чувства. Но даже если у кого-то голос не станет профессиональным, то польза от наших занятий все равно навсегда останется с ними. И не только в том, что они будут разбираться в музыке, но и в очень практическом смысле: во время пения легкие работают в полную силу и насыщают весь организм кислородом, поэтому чем больше человек поет, тем дольше он живет.

– Помимо пения, сочинения, преподавания вы еще выступаете в качестве режиссера эстрады и массовых представлений. Какие из этих работ вам особенно дороги?

– Мне было очень интересно ставить полуспектакль-полукомпозицию «Кони привередливые» по книге Марины Влади «Владимир, или Прерванный полет». Это действо, где песни перемежаются отрывками из книги и воспоминаниями одного из актеров, работавших с В.Высоцким, где звучат песни в исполнении трех одаренных авторов-исполнителей.

–Ну и, конечно, о вашем юбилейном концерте. Что увидят и услышат зрители в Театре эстрады 9 октября?

– Конечно, моих давних друзей: Валентину Толкунову, Рината Ибрагимова, Лиона Измайлова, группы «Поющие сердца», «Ариель», «Добры молодцы-21 век», детский коллектив «Катюша», еще многих других дорогих для меня людей и мою дочь Катю. Первое отделение закончится детско-семейным триптихом. Прозвучат и отрывок из «Коней привередливых», романсы, песни разных лет и мои авторские, юмор и поэзия.

– Почему вы его назвали «Храни меня, любовь»?

– А это из потрясающе красивой песни Владимира Мирзы на стихи Риммы Казаковой. Она так и называется «Храни меня, любовь». Ну и, конечно, очень хочу, чтобы мир хранила настоящая человеческая любовь.

– А 18 октября в Царицыне?

– Я благодарна судьбе за то, что она свела меня с  очень талантливым актером Петром Татарицким. Я  собрала романсы с мужской лирикой в текстах, а он подобрал  поэзию, и у нас получилась, на наш взгляд, очень симпатичная программа. Мы ее уже несколько раз показывали на разных площадках, а 18 октября она у нас пойдет в Казаковском зале Царицына.

— Что же? Остается сказать: «В добрый час всем вашим новым творческим работам и помыслам». А зрители, думаю, всегда рады настоящему, чистому искусству.

Беседовала

Ирина Кобылкина.

 

 

 

Из досье «Слова»

Улетова Галина Михайловна – заслуженная артистка России, родилась в Арзамасском районе Нижегородской области в семье рабочих, где часто звучали русские песни. Отец – Михаил Николаевич – был первым баянистом на селе. Вместе с мамой – Любовью Михайловной – они всегда были победителями в смотрах художественной самодеятельности. Тогда, в детстве, рядом с такими талантливыми родителями у юной Гали и зародилась мечта стать профессиональной певицей. Вскоре после школы познакомилась с махачкалинским эстрадным ансамблем «Гуниб» и сбежала с ним из родного дома. Потом волею судьбы работала в Госоркестре Азербайджана, пока не поступила в музыкальное училище при Московской консерватории на вокальное отделение.

В 1974 году получила звание дипломантки  на 5-м Всероссийском конкурсе артистов эстрады и была  приглашена на работу в Москонцерт. Здесь зарождается дружба с композиторами Мурадом Кажлаевым, Владимиром Мигулей, Юрием Саульским, Вячеславом Добрыниным. В 1976 году получает первую премию на Всероссийском конкурсе на лучшее исполнение советской песни в городе Сочи. В 1977-м в телевизионном конкурсе «Песня года» получает звание лауреата за исполнение песни М. Зива «Звезды 19-го года» на стихи М. Светлова, которая открывает перед певицей центральные концертные площадки не только бывшего СССР, но и зарубежные. Ее приглашают в Афганистан, Чехословакию, Монголию, Финляндию, Лаос, Вьетнам, Египет. В Германии она исполняла песни немецких композиторов на немецком языке.

В 1983 году поступает в ГИТИС и получает профессию режиссера эстрады и массовых представлений. В репертуар, прежде включавший в себя в основном лирику и современные ритмы, вкрапляются русские песни, акапельное исполнение и романсы. В каждом из этих жанров певица добивается большого мастерства. В 80—90-х годах часто звучат патриотические интонации, в которые певица с бархатным голосом умело вплетает женские душевные нотки. Никогда не позволяет себе петь песни с «дешевыми» словами, выбирает близкие своим голосу и душе, не боится брать в репертуар  произведения неизвестных авторов.

Певица часто выступает на радио, является неизменной участницей ежегодного композиторского фестиваля «Московская осень». Автор программ: «Роман с романсом», «Не уходи, побудь со мной», «Антология романса с конца XIX до конца XX века», «Плачет рояль», «Уноси, мое сердце, в звенящую даль…», «Я очи знал…», «Романс, давно забытый мною».

Пишет стихи, песни, картины. Выпустила две книги: «Беглянка» – о жизни и творчестве и поэтический сборник «Незабудки». Воспитала талантливую дочь Екатерину – профессионального стилиста-визажиста, танцовщицу и педагога по танцам.

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: