[email protected]
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Бедный, бедный Легар, или Унылая вдова

Бедный, бедный Легар, или Унылая вдова
«Весёлая вдова» в музыкальном театре имени К.С. Станиславского и В.И. Немировича-Данченко
...Итак, оперетта! И не просто классическая оперетта. Ведь не случайно в музыкальных кругах уже давно бытует аксиома: есть опера, оперетта и Легар. Франца Легара, как видите, выделяют особо, и на то есть весомые обстоятельства. Именно его сочинения действительно, как брызги шампанского — изящные, стремительные, полётные, исполненные поразительной красоты мелодий.
Среди шедевров композитора первое место принадлежит «Весёлой вдове». Её часто ставят, её снимают в кино, в ней (в фильме) выступила сама Елена Образцова; и вот сейчас в «театре поющего актера» состоялась премьера «Весёлой вдовы», поставленная известным режиссером драматического театра Адольфом Шапиро в его сюжетном авторском варианте. Этого спектакля ждали любители жанра, заранее предвкушая, сколько нового, сколько ярких откровений и открытий принесёт спектакль. Ждали и дождались!..

Какой-то странный занавес протянулся перед сценой, закрыв её целиком. Чёрный с большими белыми буквами названия оперетты. Причем занавес этот, простите, напомнил, как рисуют «разные слова» подростки на городских улицах. Мрачный занавес, а музыка вместе с тем достаточно светлая, хотя и несколько странная — неясно, почему так случилось, глуховатая, что ли. Перед занавесом поднялся одетый в розовые костюмы оркестр и дирижер — в ослепительно белом одеянии маэстро Вольф Горелик.
Пока зритель недоуменно гадал, почему такой мрачный занавес, тот открылся, обнажив, как говорится, сцену... Тут-то и начались новшества и открытия. Судите сами: вся сцена была укутана в некое подобие снега. На нём стояли одетые в чёрное фигуры. С правого края в центр площадки люди в черном потянули... украшенный золотом, нарядный гроб. Гроб на наших глазах опустили в яму. А ошарашенная публика с нарастающим с каждой минутой изумлением встретила выходящую из зала одетую тоже в черное женскую фигуру, совершенно лысую и являющую собой главную героиню спектакля — вдову, богатую, как Крез, и похожую на вамп Ганну Главари (Ирина Ващенко). Героиня поднялась на сцену, шокируя окружающих своей, скажем прямо, оригинальной «причёской». А на сцене её встретили тоже одетые в чёрное карикатурные представители посольства маленькой республики Понтеведро, которые с нескрываемым волнением ожидали приезда (дело происходит в Париже) супербогатой миллионерши вдовы, чьи деньги надо было во что бы то ни стало сохранить на родине, где казна оставляла желать лучшего. А для этого надо было срочно выдать замуж вдовицу, манипулируя ей, как куклой, и пренепременно за представителя Понтеведро...
Так начинает развиваться сюжет, к сожалению, весьма далёкий от первоисточника. А на сцене, пока ещё не пришла Ганна, суетятся одинаковые трудно различимые — один к одному — дипломаты во главе с нарочито неумным послом — бароном Зета (Сергей Балашов). И опять в обстановке зала посольства кругом снег и снег, как будто действие продолжает разворачиваться на улице.
Наконец, мы вместе с посольством встречаем Ганну, которая уже успела обрести модную причёску — вероятно, надела парик. Кстати, парики она будет менять на протяжении всего действа. Начинает Ганна-вамп петь свою выходную арию. А слов не разобрать, и голос звучит как-то очень сухо и отдаленно. Правда, и остальные, кто на сцене, тоже поют так, что почти не поймешь, что к чему, пока не начинается разговорный диалог, весьма примитивный, как и стихи. Всё первое отделение не можешь избавиться от ощущения, что куда-то напрочь исчезла дивная музыка Легара. И даже знаменитые номера, которые у многих на слуху, выглядят бледно. Хотя (я это знаю!) актеры обладают ярким вокалом, но здесь он как в воду канул.
Даже блестящий премьер-баритон театра Дмитрий Зуев (граф Данило, герой-любовник) звучит слабо и глухо. В значительной мере это связано с взаимоотношениями и расстановкой действующих лиц на сцене. Всё без эмоций, формально. И любовь «провисла», и очень мешает всё то же «снежное полотнище». Становится скучно. Не спасает и знаменитая ария Данило — про «Максим».
На первый план, оттесняя Ганну, выходит Валентина, жена посла (Вета Пилипенко). Следишь больше за ней и её поклонником Камиллом де Россильоном (Артем Софронов). Но при этом на сцене какая-то суета, и, признаться, очень хочется, чтобы скорее наступил антракт. После антракта зал заметно опустел.
...Танцы возникают с самого начала действия (хореограф Олег Глушков). Их много, быть может, даже слишком. Но они однообразны, неинтересные и порой даже начинают раздражать. И этот бесконечный чёрный цвет... Наконец, во втором отделении начинаешь слышать музыку. Оркестр старается вовсю, но не успевает за солистами. У актёров явное отсутствие необходимого в оперетте куража.
Говоря об актёрских удачах, хочется назвать, пожалуй, прежде всего исполнителя небольшой роли атташе по культуре Богдановича (Николай Гуторович). Создается острое ощущение, что только он по-настоящему «работает» в оперетте (он, правда, довольно много выступал в этом жанре за свою долгую карьеру). Военный атташе (Леонид Зимненко) тоже в «жанре», чего не могу сказать об исполнителях центральных ролей. И, что ни говори, явная неудача постановки — это режиссура.
Вот ведь как бывает, когда постановщик берется не за свой жанр! У А. Шапиро была удачная музыкальная постановка — опера «Лючия ди Лямермур»; больше года назад на сцене Молодежного театра была поставлена пьеса Тома Стоппарда «Рок-н-ролл» — опять-таки во многом спектакль музыкальный или тесно связанный с музыкой. И что же сейчас? Не получилось. Всю невнятность режиссуры взял на себя актёр Пётр Красилов. Получился ли спектакль? Вряд ли. Оперетта — не опера, у неё свои законы и каноны. Конечно, А. Шапиро не легко далась «Весёлая вдова». Да, признаться, вдова здесь какая-то невесёлая и без эмоций.
Пойдем дальше. По белому полотнищу сцены ползают на коленях какие-то фигуры в странных костюмах. Они что-то поют, но что — неясно. Загородная вилла, куда Ганна приглашает всё посольство, находится, видимо, за сценой, потому что везде мы видим один снег, на котором время от времени возникают все те же знакомые с первого отделения танцы. Наконец, Ганна объясняется с Данило — очень красивый любовный дуэт. А в глубине сцены появляется нечто алое. Оно, вслед за непонятными красными полосами «с неба», провисает посреди сценического «задника». Публика уже не смотрит на героев, а пытается разобраться, что же там шевелится и бьётся в этом странном предмете, похожем на сердце (художник Александр Шишкин). И опять на сцене темно, и чёрные «жуки» ползают на коленях.
Наконец, финал-апофеоз: Ганна пригласила всё посольство не то в свой дом, не то (что, пожалуй, точнее) в тот самый «Максим», прославенный на весь Париж. Но нет в нём блеска «Максима». Там демонстрируется некое подобие канкана, им «дирижирует» Ганна, а скука опять начинает вызывать зевоту. «Максим» абсолютно не получился. Да и вдова похожа на бандершу. Непонятно, что в нём такого, что туда стремятся все посольские во главе с Данило и послом. А после окончательного, финального объяснения — дуэта Ганны с любимым — героиня вдруг «теплеет» и появляется в золотом платье. Данило падает на колени перед «весёлой» (нет, скорее уж, перед унылой) вдовой. На сцене все довольны, а публика недоумевает: как можно было превратить удивительный шедевр Франца Легара в это нечто, мягко говоря, странное.
Бедный, бедный Легар! Что бы он сказал, когда б увидел такое прочтение его произведения?!
Наталья ЛАГИНА.

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: