slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Англия должна была начать войну против СССР 1 июля 1945 года

Валентин ФалинЕсть множество фактов и документов, к которым историки – наши и зарубежные – не любят возвращаться. То, что скромно именуется «холодной войной», было по существу продолжением политики, которую в годы Второй мировой войны упрямо проводила прежде всего Великобритания. Премьер Черчилль преуспел в навязывании своего курса американскому руководству. Как и почему Лондону долго удавалось настраивать Вашингтон на британскую волну? Очевидно, потому, что Рузвельт в какой-то мере являлся исключением на американском Олимпе. Он был склонен, правда, не без колебаний, мыслить категориями не момента, а поколения.

 

В последнем послании конгрес-су (25 марта 1945 года) прези-дент писал следующее: от добросовестного выполнения тегеранских и ялтинских соглашений зависят «судьба Соединенных Штатов и судьбы всего мира на будущие поколения». «Здесь, — подчеркивал Фр.Рузвельт, — у американцев не может быть половинчатого среднего решения. Мы должны взять на себя ответственность за международное сотрудничество или мы будем нести ответственность за новый мировой конфликт». Словно предчувствуя свою близкую кончину – через три недели его не станет, — Рузвельт предостерегал своих оппонентов по обе стороны Атлантики: забвение опыта антигитлеровской коалиции чревато новыми катастрофами.

Президент предостерегал конгресс США, реакционная часть которого встретила в штыки ялтинские договоренности. На фоне оголтелых призывов Ванденберга, Уиллера, Тафта защищать «западную цивилизацию» от Советского Союза, «держать Россию вне Европы» конгрессмены приняли решение, воспрещавшее американскому правительству предоставлять кредиты СССР на восстановление его разрушенных войной городов и экономики. Приведу лишь одну цифру: производственные мощности на территории Украины, в ряде западных и центральных регионов России были уничтожены на 81%, а в Белоруссии – на все девять десятых. Для сравнения: вследствие бомбардировок и в ходе наземных военных действий потенциал немецкой промышленности уменьшился на 19% .

Без лишних слов понятно, что скрывалось за намерением американских правителей лишить советский народ плодов победы, на годы продлить ему материальные тяготы. И заодно обеспечить Соединенным Штатам безраздельное господство на мировом рынке, а тем самым и решающий вес их вердиктам в мировой политике. Столь притягательный с начала ХХ века лозунг «Пакс Американа» обретал плоть.

Предостережение Рузвельта адресовалось также англичанам. Четыре года назад Лондон предал гласности документы, существование которых он в течение 50 лет начисто отрицал. Речь идёт о планах развязывания третьей мировой войны, которая согласно директиве Черчилля должна была стартовать 1 июля 1945 года. Под сию директиву от марта 1945 года развернулось складирование трофейного немецкого оружия в расчёте на его «применение против русских». Тогда же англичане занялись сосредоточением в Шлезвиг-Гольштейне и Южной Дании интернированных немецких дивизий числом более десятка. Формально они сдали оружие, но каждодневно проходили соответствующую тренировку, дабы составить если не костяк, то весомую часть войска из 110 соединений, которым надлежало 1 июля ринуться на Восток.

Зададим себе вопрос: как реагировали американцы на этот приступ британского безумия? Прямо на Рузвельта, насколько известно, англичане не выходили. Они интенсивно обрабатывали американских генералов типа Патона (почитателя немецкого нацизма в октябре 1945 года снимут с поста губернатора Баварии за пронацистские симпатии). Именно Патон ещё весной 1945 года ратовал за то, чтобы войска наших союзников не останавливались на демаркационной границе по Эльбе, но прямиком шли к Волге, где потерпел поражение Гитлер.

23 апреля, стало быть, через 10 дней после кончины Рузвельта, его преемник Трумэн проводил первое совещание в Овальном кабинете Белого дома. Он поставил вопрос так: Россия отыграла свою роль и больше Америке не нужна. США поставят Японию на колени без чужой помощи. Против намерения перечеркнуть ялтинские договоренности в части координации действий  с СССР по разгрому Японии восстали участвовавшие в совещании генералы и адмиралы. Если американским вооруженным силам придётся в одиночку штурмом брать японскую метрополию, это обойдётся им в 1–1,5 миллиона жизней, что неприемлемо. Трумэн был вынужден отступить, заметив: пусть Россия окажет последнюю услугу, после чего мы пошлём её куда подальше.

Пока не обнаружилось свидетельств того, имелась ли какая-либо связь между изложенными рассуждениями Трумэна и планами Черчилля по развязыванию третьей мировой войны. Симптоматично другое. Наследник Рузвельта ставил крест на рузвельтовском политическом наследстве, ещё не ведая о манхэттенском проекте – о завершавшейся работе по созданию  атомного оружия. Он обнажил, однако, глубинные течения, исподволь дававшие себя знать ещё при Рузвельте, в том числе в самой президентской администрации. Демонтаж антигитлеровской коалиции, размывание ялтинских договоренностей не заставили себя долго ждать. Одним из первых демонстративных актов явилась инсценировка в Реймсе так называемой капитуляции немцев.

Утвержденный в Ялте Рузвельтом, Сталиным и Черчиллем текст безоговорочной капитуляции был отброшен. Несколько офицеров из штаба Эйзенхауэра наспех сотворили некий эрзац. В Москву он попал после его апробации эмиссарами Денница. Будучи осведомлён, какое варево варится в Вашингтоне, Сталин решил не вставать в позу и ограничился внесением пары редакционных поправок.  Вместе с тем он настоял  на том, что безоговорочная капитуляция будет по всей форме подписана днём спустя в пригороде Берлина – Карлсхорсте, причем её подписывать должны были не второстепенные фигуры, а руководитель ставки немецкого командования Кейтель.

Немало пищи для размышлений даёт подноготная решений Денница сдаться штабу Эйзенхауэра. 2 мая гитлеровский преемник отдал приказ: вооружённые силы рейха прекращают боевые действия против союзников (имелись в виду США и Англия) на суше, на море и в воздухе, поскольку война против них потеряла всякий смысл. Однако война против Советского Союза должна продолжаться до последнего патрона. Разумеется, Денниц знал, зачем англичане держали наготове дивизии вермахта в Шлезвиг-Гольштейне. Деловые контакты завязались у него и с рядом высших американских чинов. К неудовольствию Черчилля, затея с операцией «Немыслимое» (под этим кодовым названием значилось развязывание третьей мировой войны) не получила развития, а с ней не сработала и реймская мина.

Отмечу ещё пару моментов. Бытует легенда, что «холодная война» зачалась фултоновской речью Черчилля в марте 1946 года. Серьёзные исследователи доказывают, что это случилось много раньше. Ведь 20 августа 1943 года Рузвельт и Черчилль, их начальники штабов обсуждали в Квебеке модели сотрудничества с нацистскими генералами для ведения войны против Советского Союза. По не зависящим от демократов и нацистов причинам создать сей альянс не представилось возможным. Как бы то ни было, 9 мая 1945 года война в Европе официально завершилась. А 19 мая того же года и.о. заместителя госсекретаря США Дж.Грю направил Трумэну меморандум, в котором чёрным по белому записано следующее: если есть в мире что-то неизбежное, то таким неизбежным является война между Соединенными Штатами и Советским Союзом; нам надо начать эту войну как можно скорее, пока СССР не восстановил разрушенную войной экономику и не преобразовал свои громадные резервы в политическую, военную и иную силу. А пока надлежит усилить давление на Советский Союз по всем направлениям. Настрой на войну против Советского Союза, набиравший обороты как в Лондоне, так и в Вашингтоне, нельзя было не принимать всерьёз, несмотря на то, что начальники британских штабов отсоветовали Черчиллю обнажать меч 1 июля.

Во многом благодаря позиции американского генералитета, настаивавшего на включении советских вооружённых сил в войну против Японии, стал возможным созыв Потсдамской конференции. Её начало ознаменовали два события. Сталин подтвердил готовность , как им было обещано в Ялте, объявить Японии войну. Трумэн получил то, ради чего, как он отмечал, он и отправился за океан. И тут же к президенту США поступает известие: испытано, превзойдя все ожидания, первое ядерное устройство. У американцев в руках всепобивающая козырная карта. Открылась эра атомной дипломатии, когда любые аргументы здравого смысла потеряли значение, а на первый, второй и третий план вышла сила. К огромнейшим неизрасходованным военным ресурсам, мощной экономике добавилось качественно новое оружие, против которого у СССР и любого другого потенциального оппонента Соединенных Штатов нет и не могло быть в обозримом будущем противоядия. Соединённые Штаты отказываются именно в этом контексте от традиционной условно оборонительной доктрины и переходят к безусловно наступательному варианту, присваивая себе право на применение всех видов оружия, в том числе и атомного, против любого государства или любой угрозы, которую они сочтут неприемлемой для себя согласно ими одними выбранным критериям.

Прежде чем закончить рассказ о Второй мировой войне, замечу следующее. Советский Союз вступил в войну с Японией ровно через три месяца после капитуляции Германии. Слово, данное Рузвельту, Сталин подтвердил в Потсдаме Трумэну. Так, в ночь с 8 на 9 августа  наши вооруженные силы пересекли Амур и открыли боевые действия против миллионной японской квантунской армии. 

Обычно изначальные американские планы ядерного удара по СССР датируют декабрем 1945 или даже январем 1946 года, что неверно. Первый план-прикидка ядерного нападения, жертвами которого должны были стать 15 советских городов, появился в последней декаде августа 1945 года. Япония ещё не сдалась, а в соответствующем американском документе содержался перечень наших крупных  городов, которые должны были быть разрушены атомными бомбами «с учётом применения этого оружия против Хиросимы и Нагасаки». Вот так…

Попробуем порассуждать на тему, имелись ли альтернативы такому развороту событий. На заседании комиссии, что подготавливала варианты послевоенной политики Советского Союза, Сталин констатировал в марте 1945 года: расчленение Германии не отвечает советским стратегическим интересам. Раздробленная Германия не сможет конкурировать с американцами на мировом рынке. Примерно тогда же была признана нецелесообразной советизация сателлитов Германии, а также  насаждение сходного с нашим режима в советской зоне оккупации самой Германии. В глазах Сталина (а диктатор умел хорошо просчитывать) Советскому Союзу было выгодней иметь вблизи своих границ гирлянду государств, дружественно к нему настроенных, отстаивающих собственные интересы, но не обслуживающих американскую или чью-то ещё политику.

За возможную модель брались Австрия, Финляндия и Чехословакия. Если бы Вашингтон откликнулся, скажем, на финский или австрийский пример, вполне могла бы возникнуть совершенно иная ситуация на Балканах и в Восточной Европе. Да и американцам давалась возможность крупно подзаработать на сотрудничестве с Советским Союзом — ведь Сталин предлагал им более тысячи концессий, то есть создание совместных предприятий.

Однако, когда другая сторона исходит из того, что правым может быть только сильный, и даже нейтралитет клеймит как «аморальное явление», то резонно возникает вопрос: как должно было реагировать на подобный вызов любое уважающее себя государство, в том числе и Советский Союз? Москве было известно, что затевают американцы, где они хотят нарушить наши интересы, создать внешние и внутренние трудности для нас. Советское руководство было посвящено в секреты документов, что принимались за основу внешней и военной политики США в 1946–1950 годах. В них было записано и такое: какую бы политику ни проводил Советский Союз, само его существование не совместимо с американской безопасностью. Точь-в-точь, как некогда в Древнем Риме заклинали: Карфаген должен быть разрушен.

Дело упиралось только в следующее. Когда скопится достаточное количество ядерного, химического и бактериологического оружия для нанесения тотального поражения Советскому Союзу и какой предлог для  «агрессии во имя свободы» поможет поставить по стойке смирно другие страны, что не очень горели ввязываться в новую войну и не спешили встать под американский флаг. Сценарии начала войны против СССР придумывались самые разные. Если в мире случится событие, к которому СССР не причастен ни прямо, ни косвенно, но объективно выгодное Москве и в чем-то не симпатичное Вашингтону, Соединенные Штаты вправе развязать войну. Или: СССР создает оборонительные системы, которые нейтрализуют американское наступательное оружие. Ответ – ядерный удар по Советскому Союзу. Соединенные Штаты претендовали на право пойти войной, если им покажется, что возникает опасность. При Рейгане прямо заявлялось: Вашингтону не нужны факты и доказательства. Ему достаточно мнения или ощущения, что создается опасность. Это пусть другой – потенциальная жертва — доказывает, что от неё не исходит опасность. И если докажет, то, может быть, убережется от погибели. Непременным условием для достижения «успеха» должно было быть обеспечение превосходства американской военной мощи над СССР в пропорции 10 к 1, а также сведение к минимуму потерь самих Соединенных Штатов от возможных контрмер со стороны жертвы американской агрессии.

Вплоть до 1947 года советское руководство всячески пыталось реально заинтересовать Соединенные Штаты в сохранении хотя бы минимума в сбалансировании интересов сторон. Москва предлагала, в частности, провести в Германии свободные общенациональные выборы, создать по их результатам немецкое правительство и заключить с ним мирный договор и вывести из Германии все вооруженные силы. Реакция американцев: «у нас нет оснований доверять демократической воле немецкого народа». Что касается разработки мирного договора, то никаких немцев к этому процессу США не допустят, Вашингтон продиктует немцам такой договор, какой сочтёт необходимым, и тогда, когда это станет возможным.

Между прочим, здесь американцы допустили колоссальный стратегический просчёт. Если бы советские войска покинули Восточную Германию в течение года после заключения мирного договора, как это мы предлагали, то уран, что мы добывали в рудных горах, послуживший созданию наших первых ядерных устройств, оказался бы вне нашего контроля. Тогда ещё не были разведаны месторождения в Казахстане, Киргизии и других регионах Советского Союза…

Возможно, Вашингтон точно не знал, чем занимается наша компания «Висмут», или они зациклились на поверье, что Советскому Союзу понадобится не менее 10—12 лет для того, чтобы овладеть секретом ядерного оружия. Этот секрет не был для нас тайной, когда в пустыне Невада испытывалась первая бомба. У Советского Союза отсутствовала возможность создать промышленный потенциал для обогащения урана и сделать всё необходимое для производства ядерного оружия, поскольку война поглощала все наши ресурсы, необходимые для противоборства с нацистским воинством. Не забудем, что, по подсчётам британских экспертов, 86% дивизий вермахта было уничтожено или разгромлено на советско-германском фронте. Но в 1949 году первое советское ядерное устройство было успешно испытано, и волей-неволей Вашингтону пришлось переосмысливать многие из авантюрных прожектов.

 

Валентин ФАЛИН. 

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: