Войти на сайт

Авторизуйтесь через любой из сервисов, чтобы оставить комментарий

     

ads

Поиск по публикациям

последние комментарии

Сотни смоленских Хатыней

Сотни смоленских хатынейВсё дальше уходят от нас трагические дни Великой Отечественной войны 1941—1945 годов. Всё меньше становится очевидцев тех драматических событий, которые происходили в оккупированных агрессорами с Запада областях России. Смоленщина стала одной из них. В предвоенный период в современных границах население Смоленской области по переписи 1939 года составляло 1млн 987 тысяч человек, по национальному составу около 97 процентов населения составляли русские.
К сожалению, до настоящего времени карательные операции оккупантов против мирного населения Смоленской области остаются малоизученными. До сих пор нет общей базы данных, открывающих трагические страницы массового уничтожения мирных жителей России гитлеровцами. Нет и общенационального мемориала, дани памяти безвинно загубленных в основном женщин, стариков, детей. Я попыталась, используя архивы, опубликованные источники, вещественные доказательства, такие как братские могилы, обелиски и памятники, на которых есть надписи, какому событию посвящён тот или иной памятник, составить базу данных. В моём списке 83 населённых пункта Смоленской области, где были фашистские концлагеря для военнопленных, лагеря для мирного населения, гетто, тюрьмы, гестапо. Кроме этого в списке более 500 городов, сёл и деревень Смоленской области, где захватчиками совершены массовые убийства мирного населения, в их числе сожжение людей заживо.
С середины июля 1941 года по конец сентября 1943 года смоляне находились в оккупации. Смоленская область была буквально нашпигована фашистскими войсками. Для массового истребления военнопленных и мирных жителей Смоленщины на оккупированной территории были созданы более ста лагерей смерти. Они стали неотъемлемой частью гитлеровского режима.
Как свидетельствуют документы Чрезвычайной государственной комиссии: «Массовая гибель военнопленных имеет место не только в лагере для военнопленных, где они злодейски истреблялись, но и в пути следования. Дороги, по которым немецко-фашистские захватчики вели пленных, покрывались трупами замученных и убитых. Так, например, на судебном процессе над фашистскими преступниками в Харькове вскрылось, что из 15 тысяч человек заключённых, отправленных из Вяземского лагеря в Смоленск, к месту назначения дошли только 2 тысячи человек. <…> В Смоленском лагере № 126 истреблены не менее 115 тысяч военнопленных, в Рославльском — 120 тысяч, Вяземском — 15 тысяч, в Сычевском — свыше 3 тысяч, Дорогобужском — свыше 1800 человек и т. д. Гибель военнопленных (расстрелы, сожжения и т.д.) небольшими группами на остановках или этапах следования отмечается в актах почти всех районов».
Убивая людей в концлагерях, гитлеровцы проводили над ними чудовищные медицинские эксперименты. Как сообщает газета «Правда» от 21 декабря 1945 года, в декабре 1943 года в Смоленске осудили нескольких оккупантов. На скамье подсудимых Смоленского процесса (15–20 декабря 1945 г.) были десять унтер-офицеров и ефрейторов военнослужащих гитлеровской армии. Все они признались в своих жестоких преступлениях. Как пишет газета: «Р. Модиш — лекарский помощник 551 военного лазарета лично брал для солдат вермахта кровь у советских детей — вплоть до смерти от истощения».
Из материалов следствия: «У пленных бойцов и командиров РККА производился забор крови с последующим переливанием её раненым гитлеровцам. Военными врачами отдавалось предпочтение крови детей и подростков из жителей города или детских учреждений. Родителям детей объяснялось, что детей забирают на излечение и что они должны быть благодарны германским властям, заботящимся об их детях. Забиралась кровь в количестве 600–800 кубических сантиметров одноразово. Вследствие большой потери крови дети тут же погибали. У советских военнопленных в госпитале откачивалась спинномозговая жидкость с целью её дальнейшего использования при лечении немецких военнослужащих. После проведённых экспериментов военнопленные, как правило, умерщвлялись как не представляющие интереса для медиков».
В газете сообщается: «В лазарете у смолян извлекали части роговой оболочки глаза, которая затем пересаживалась раненым немецким офицерам. Для тестирования лечебных средств Модиш заражал кровь раненых советских военнопленных. Ежедневно таким способом убивали по 180—200 человек, а всего за время службы Модиша в лазарете были умерщвлены 3500—4000 советских военнослужащих».
Из материалов следствия: Модиш Рудольф, 1912 года рождения, уроженец Берлина, немец, беспартийный, старший ефрейтор. Объясняя своё участие в зверствах, он говорил, что «в каждом русском мы видели лишь животное. Совершая убийства и другие преступления, мы не задумывались над этим, так как в наших глазах русские не были людьми».
Из газеты: «Й. Райшман — был дрессировщиком собак. В «кровавую ночь» (по его выражению) октября 1941 года по улицам Смоленска двигалась колонна советских военнопленных. Без приказа Райшман и другие солдаты открыли стрельбу по колонне, убивая беззащитных людей десятками. Райшман участвовал в массовом расстреле мирного гражданского населения в посёлке Монастырщина и в нескольких деревнях под Смоленском».
Из материалов следствия: Райшман Иозеф, 1910 года рождения, немец, уроженец деревни Ритгольф, района Линдау (Германия), старший солдат 350-го пехотного полка 14-й пехотной дивизии германской армии.
В газете сказано: «Р. Киршфельд лично командовал карательным отрядом, расстреливал жителей деревень, жёг их дома, травил арестованных евреев в автомобилях-душегубках».
Из материалов следствия: Киршфельд Роман-Роберт, 1905 года рождения, немец, подданный Германии, переводчик германской военной комендатуры в составе 335-го и 490-го охранных батальонов, унтер-офицер. Подсудимый участвовал во многих карательных операциях и расстрелах мирных жителей Смоленской области. Некоторыми акциями руководил лично. Сжигались деревни, присваивалось имущество.
Из материалов следствия: Эверст Эрих, 1907 года рождения, немец, уроженец города Кёльн, беспартийный, по профессии архитектор, командир отделения 490-го охранного батальона германской армии, дислоцировавшегося в Смоленске. Будучи командиром отделения 490-го охранного батальона, участвовал в регулярных карательных экспедициях. Впервые как палач он проявил себя в селе Выдра, северо-западнее Смоленска. Происходило это в конце июля 1941 года. Там гитлеровцы расстреляли около ста мирных селян. Эвертс лично расстреливал людей, принимал участие в сожжении сорока деревень и расстреле мирных жителей. Кроме того, подсудимый признался в расстреле группы подростков, подозревавшихся в связях с партизанами. Все дети были убиты выстрелами из пистолетов в затылок.
Сообщение газеты «Правда»: «На основании статьи 1-й Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 года военный трибунал приговорил к смертной казни через повешение семерых преступников, трое получили различные тюремные сроки. При большом стечении народа на Заднепровской площади города Смоленска 20 декабря 1945 года приговор в отношении преступников, приговоренных к смертной казни, был приведён в исполнение».
Деяния и сведения о некоторых военных преступниках привожу с тем, чтобы опровергнуть утверждение, что зверства чинили только эсесовцы. Все десять осуждённых не принадлежали к СС.
За немногим более чем два страшных года оккупации, проводя политику геноцида по отношению к мирному населению Смоленщины и военнопленным, нацистами совершены десятки тысяч преступлений против человечности, их жертвой стал каждый третий житель области. Документы, хранящиеся в архивах, свидетельствуют о том, что немецкие каратели сожгли дотла более пяти тысяч смоленских сел и деревень, из них, только по моим спискам, вместе с мирными жителями сожжено 109 деревень.
Приведу лишь несколько примеров о численности жителей до и после гитлеровского нашествия. В 1939 году в Гагаринском районе было 45 653 человека, в 1943 году после освобождения осталось 21 862; в Демидовском было 47 660, осталось – 19 850; в Духовщинском – 49 713, осталось — 15 097, Пречистенском районе (упразднен в 1961 году) было 49 556 человек, осталось — 9 699 и так во многих районах области.
Был ли случайным геноцид жителей оккупированных территорий? Разумеется — нет. Из директивы А. Гитлера министру по делам восточных территорий А. Розенбергу о введении в действие Генерального плана «Ост» (23 июля 1942 г.): «Славяне должны работать на нас, а в случае, если они нам больше не нужны, пусть умирают. Прививки и охрана здоровья для них излишни. Славянская плодовитость нежелательна ... образование опасно. Достаточно, если они будут уметь считать до ста... Каждый образованный человек — это наш будущий враг. Следует отбросить все сентиментальные возражения. Нужно управлять этим народом с железной решимостью… Говоря пo-военному, мы должны убивать от трёх до четырёх миллионов русских в год…». Комментарии, думаю, излишни.
Советский воин, освобождая свои города и деревни, видел эти страшные изуверства. Каким же нужно обладать мужеством и силой духа, чтобы зажать свою боль, справиться с ней. Таков был советский солдат. И вот он пришёл в логово врага и… не стал мстить ему подобным образом. Он сломал хребет коричневой чуме фашизма в форме гитлеровского вояки. И сейчас, когда фальсификаторы истории пытаются все извратить, пусть знают, что мы ничего не забыли. Мы все помним…
Евгения ПРИШЛЕЦОВА, член Союза журналистов России.

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите на сайт через форму слева вверху.

Free Joomla! templates by AgeThemes