«И гимнастёрка в тот же цвет...»

С 1 января 2026 года форма для российских военнослужащих должна производиться только на территории России. Глава государства поручил принять дополнительные меры, предусматривающие поставку «для нужд ВС РФ вещевого имущества, изготовленного российскими организациями, производственные мощности которых находятся на территории РФ, а к 2027 году — также из тканей и трикотажных полотен, произведённых на территории РФ».

Новость, скажу прямо, меня поразила. Я-то, признаюсь, думал, что страна, производящая космические корабли, атомные ледоколы и реакторы, уж военную-то форму шьёт сама. Ведь артиллерийские орудия мы итальянской «Ото Мелара» не заказываем, и зенитки швейцарскому «Эрликону» — тоже. Тем не менее, в российской тактической и специальной экипировке используются компоненты или одежда иностранных компаний: «Lowa» (Германия) — ботинки; «Helikon-Tex» (Польша) — флисовые куртки и тактические брюки; «Vertx» (США) — тактические рубашки и штаны; «Carinthia» (Австрия) — спальные мешки и зимняя одежда...

А ведь у нас своя богатая история военного обмундирования. Унифицированная военная форма для наших войск возникла ещё в XVII веке — стрелецкие кафтаны. Кафтаны («государево служилое платье») для стрельцов изготавливались централизованно по приказу правительства, но тогда ещё, в основном, из привозного английского или голландского сукна.

При Петре I, создавшем после Нарвской конфузии армию европейского образца, положение с отечественным сукном вначале было тяжёлым. Находясь в зависимости от поставок из Англии и Пруссии, солдаты русских полков носили то, что привезут. Единообразное обмундирование появилось после окончания Северной войны. Форму стали шить, преимущественно, на казённых мануфактурах, созданных по царскому указу. Обмундирование изготавливалось уже из местного сукна.

Форма для русской армии при Екатерине II, особенно в период реформ 1780-х годов, разрабатывалась под руководством князя Григория Потёмкина. Светлейший ввёл удобную, практичную и недорогую форму в русском стиле.

При Николае I (1825–1855) форму для русской армии шили специализированные полковые мастерские, а также крупные казённые и частные подрядчики. В этот период происходила унификация обмундирования, закупались большие партии сукна для пошива гвардейских мундиров  и армейских образцов.

Ещё 176 лет назад, на окраине Москвы появилась суконная фабрика. Её владельцем был немец Вильгельм Йокиш. Она была построена в селе Михалково. Это название можно встретить в названиях Михалковских переулков в районе метро «Войковская». Первоначально, на фабрике проводилась окраска и отделка сукна. В дальнейшем, сюда завезли ткацкое и прядильное оборудование.

При Александре II для производства сукна для военной формы основным поставщиком выступали фабрики Московской губернии, а также специализированные мануфактуры, производившие тёмно-зелёное сукно для армейских мундиров. Уделялось особое внимание качеству материалов для обмундирования.

При Александре III для военной формы использовалось преимущественно отечественное сукно. Введённая в 1879–1880-х годах форма (гимнастёрки, шаровары) стремилась к «народному» стилю и практичности, отчего многие офицеры называли её «мужицкой».

При Николае II основными поставщиками военной формы в России были крупные суконные мануфактуры, такие как Товарищество братьев Прохоровых, Серпуховская и Клинская суконные фабрики. Отечественное сукно для солдатских мундиров отличалось высокой плотностью и износостойкостью. До начала XX века основными цветами были тёмно-зелёный (пехота) и различные оттенки синего, а в ходе модернизации униформы после Русско-японской войны (1904–1905) возросла роль защитного сукна (серо-коричневого/хаки).

При Временном правительстве (1917 г.) военную форму шили преимущественно те же казенные швейные мастерские, фабрики и частные ателье, что и во время Первой мировой войны. Из-за начавшегося развала промышленности часто использовались запасы со складов, оставшиеся от реформы сухопутных войск времён Александра III. Из-за моды на демократию, а также дефицита ресурсов происходило упрощение формы, распространение френчей и походных рубах.

В СССР военную форму шили специализированные государственные швейные фабрики, подведомственные Министерству лёгкой промышленности и Министерству обороны. Крупнейшие объединения работали по госзаказу, при этом качество контролировалось военными приёмками. В каждом крупном городе существовали фабрики, производившие военную одежду (кители, шинели, брюки, гимнастёрки). Индивидуальный пошив для офицерского и генеральского состава осуществляли специальные ателье индпошива, где форма шилась по индивидуальным меркам из тканей высшего качества.

Разрабатывали дизайн формы специализированные НИИ лёгкой промышленности, которые занимались не только эстетикой, но и функциональностью обмундирования: прочностью тканей (х/б, шерсть) и эргономикой. Текстильные комбинаты производили ткань, из которой затем шилась форма (хлопчатобумажные ткани для полевой формы, сукно для шинелей).

После распада СССР, в 1993 году, было принято решение перейти на новое обмундирование, но возникли сложности. Значительная часть производителей униформы, тканей и красителей оказалась в ближнем зарубежье, а отечественные поставщики никак не могли определиться с бесконечно скачущими ценами. Выручали колоссальные советские запасы обмундирования. Их хватило на несколько лет. Из-за недофинансирования Вооружённых Сил многие военнослужащие за время службы не увидели ни парадной, ни повседневной формы — только полевую.

Акционерное общество «Военторг» обеспечивало пошив офицерской формы и снабжение. Фабрики в регионах, ранее работавшие на Минобороны СССР, перестраивались на пошив новых образцов камуфляжа. В середине-конце 90-х начали появляться коммерческие фирмы, производящие специализированную форму (камуфляж «Вудланд», «Кукла» и др.) для спецподразделений.

После чеченской кампании, в 2000—2010-е годы, пошив военной формы осуществляли такие предприятия, как «Сплав», один из крупнейших производителей коммерческого снаряжения и одежды, популярной в силовых структурах; АНА — компания, специализирующаяся на пошиве формы (в том числе типа «мабута») для МВД; «Корпус выживания» изготавливал экипировку, используя импортные материалы, в том числе мембранные костюмы (мембраны типа Gore-Tex, кордура).

В 2000-е годы в России не существовало массовых централизованных закупок готовой иностранной формы для нужд Министерства обороны, так как основное обеспечение армии строилось на базе отечественных предприятий и складов. Однако в этот период активно развивался рынок коммерческого снаряжения и точечных закупок для спецподразделений. Импортные поставщики военной формы и снаряжения (в основном США и Европы) активно проникали на рынок через коммерческие структуры для спецподразделений и любителей стиля милитари, а также использовались для копирования материалов.

И вот, наконец, было принято решение добиться в этом плане технологической независимости и самодостаточности. Работы — непочатый край. Сейчас производство тканей для военной формы, включая ВКПО (Всесезонный комплект полевого обмундирования), начали неплохо спонсировать, но многие поставщики всё же предпочитают импорт, отчего наши деньги утекают за рубеж. Из-за климатического разнообразия нашей гигантской страны форма тоже должна отвечать самым разным требованиям, да ещё быть функциональной, эргономичной — в ней должно быть просто везде удобно!

«Необходимо развивать свою лёгкую промышленность… На это есть запрос и есть производственные мощности. Затем надо отказаться и от импортных тканей для пошива военной формы, которые также можно производить в России. Преодолевая вызовы, мы становимся сильнее», — сказал в одном из своих выступлений председатель Госдумы Вячеслав Володин.

Для меня, сына начальницы первого отдела ещё советского, 70-х годов, Минлегпрома, эта тема далеко небезразлична. Важное решение принято. И мы будем следить, как пойдут дела.

Антон ВАСИЛЬЕВ.