Войти на сайт

Авторизуйтесь через любой из сервисов, чтобы оставить комментарий

     

ads

Поиск по публикациям

последние комментарии

Новый Курс. Время действовать. Деньги в Россию!

В постсоветской России вошли в моду экономические форумы. За образец принят действующий с 1971 года Всемирный экономический форум в Давосе. Таковы Петербургский международный экономический форум — «Русский Давос», Российский инвестиционный форум в Сочи, «Гайдаровский» форум. Все они в значительной мере стараются следовать в прозападном либеральном направлении, несмотря на всё ярче проявляющуюся бесперспективность мирохозяйственной модели Запада. Но существует и альтернативная «площадка» — Московский экономический форум (МЭФ) созданная, по выражению академика РАН Сергея Глазьева, мыслящей частью экспертного сообщества.
Главный организатор и сопредседатель МЭФ — Константин Бабкин, президент Промышленного Союза «Новое Содружество» и ассоциации «Росспецмаш». Учредители форума управляют реальным сектором экономики, знают его проблемы не по наслышке. Так «Новое Содружество» — это 13 предприятий, работающих в России, Канаде, США, на Украине и в Казахстане, объединённых вокруг знаменитого «Ростсельмаша», компании, входящей в пятерку крупнейших мировых производителей сельскохозяйственной техники. «Росспецмаш» объединяет 182 предприятия, среди которых производители сельскохозяйственной и строительно-дорожной техники, пищевого оборудования и их компонентов.
Первый форум прошёл в 2013 году под девизом «Против рыночного фундаментализма — за разумную экономическую политику», а 17 марта 2020-го, как раз перед началом коронавирусного психоза, состоялась специальная сессия Московского экономического форума — «Новый Курс. Время действовать. Деньги в Россию!».
Константин Бабкин в своём докладе выделил три составляющие альтернативного хозяйственного «Нового курса»: разумная внешнеэкономическая политика; стимулирующая денежно-кредитная политика; стимулирующая налоговая политика.
Внешнеэкономическая политика должна быть сосредоточена на преодолении проблем в двух ключевых сферах: внешнеторговой, где требуется преодолеть последствия неудачной, мягко говоря интеграции страны в ВТО (Всемирная Торговая Организация), куда Россию буквально втащили в августе 2012 года, и инвестиционной, где требуется исправить таинственно-загадочную политику Центрального банка (ЦБ) РФ и правительства и вернуть деньги на Родину. 82% золотовалютных резервов ЦБ, отметил Бабкин, состоят из вложений в зарубежные валюты и ценные бумаги, тем самым, порядка 500 млрд долл. фактически вложены в экономики других стран. Так же в иностранных валютах и активах размещены значительные средства Фонда национального благосостояния, которым управляет правительство. На счетах госкорпораций, по оценкам Минфина по состоянию на декабрь 2019 г., лежало 27,2 трлн руб., и тоже в основном в активах зарубежных стран.
Воспринимая такие «управляющие сигналы», частные капиталы также уверенно бегут из страны. Выступивший на сессии президент Ассоциации российских банков Гарегин Тосунян привёл в докладе цифру: 766 млрд долл. было вывезено за последние 25 лет. Такая «политика» подавляет деловую активность, лишает возможности проявлять творческую энергию, закрепощает силы народа, и Россия отстаёт в темпах развития и качестве жизни от других стран.
Гарантия стабильности — это здоровый, сильный народ, сильная экономика, а не накопление на зарубежных счетах, отметил Бабкин, и привёл целую серию буквально кричащих примеров: Ливия, у которой отобрали 16 млрд долл., Иран, у которого с 70-х годов заморожено 100 млрд долл., Ирак, у которого 30 млрд долл. грозятся изъять, если они будет слишком настаивать на выводе зарубежных военных баз. Самый свежий пример — у Венесуэлы забрали 30 млрд долл., которые были изъяты с зарубежных счетов венесуэльского правительства, и расходуются на дестабилизацию обстановки в стране. Логичный вывод: зарубежные накопления – не залог стабильности, а наоборот, фактор давления и источник рисков.
Современной российской денежно-кредитной политике до стимулирующей далеко. Действующий член коллегии по основным направлениям интеграции и макроэкономике Евразийской Экономической Комиссии Сергей Глазьев заметил, что «экономика России способна обеспечить экономический рост, опережающий среднемировые темпы, но... Центральный банк отбросил нас в XIX век...» Главная задача центральных банков — создание максимально благоприятных условий для роста инвестиций. Все центральные банки стран «Большой двадцатки» работают в этом направлении, снижая проценты по инвестиционным кредитам, кроме ЦБ России и Бразилии. Ключевая ставка ЦБ РФ как единая ставка для предоставления кредитов коммерческим банкам (прежние названия: учётная ставка, ставка рефинансирования) в настоящее время 6 %, в то время как в экономиках европейских стран и США она колеблется от 2 % до 0.
В США, посетовал Константин Бабкин, в условиях кризиса Трамп убедил ФРС сделать эмиссию, выпустили 150 млрд долл., которые влили в экономику. В России же, по мнению Глазьева, требуется создание системы государственных целевых кредитных эмиссий, когда кредиты на основе специальных инвестиционных контрактов предоставляются производственным предприятиям, внедряющим свои передовые технологии.
При существующем уровне процентных ставок трудно ждать от бизнеса, что он сможет брать под них кредиты, ибо окупать их за короткое время невозможно, а за длительное время очень накладно. Но Тосунян выделил ещё одну проблему: сейчас тарифные доходы крупных банков стали соизмеримы с процентными доходами! Проценты по тарифам за перечисление денежных средств у некоторых банков доходят до 5-7%, даже до 12%. Государство должно жесточайшим образом отсекать такие «аппетиты», поскольку де-факто они стали частным налогообложением денежного обращения.
Главные выгодополучатели такой политики, заявил академик Глазьев, – «крупные государственные банки, которые стали хозяевами экономической жизни. Они работают на максимизацию доходов своего руководства фактически, а не на рост инвестиций в экономике». Распространяется «залоговое рейдерство», когда банки произвольно ухудшают условия кредитования промышленных предприятий и, пользуясь тем, что последние не могут свести «концы с концами», захватывают их. Вторые – международные спекулянты, среди которых львиную долю рынка занимают американские хедж-фонды (от англ. hedge — защита, гарантия — частные инвестфонды, обеспечивающие максимальный доход посредством сложных спекулятивных схем). Третьи — «торговцы российским сырьем, которые живут за рубежом, а источники сверхприбыли получают здесь. Государство не желает отбирать у них природную ренту, которая должна принадлежать всему обществу, поэтому совершает налоговый маневр: отменяет вообще экспортную пошлину, давая экспортерам сырья фактически премию за то, что они вместо того, чтобы перерабатывать сырье в России, вывозят за рубеж и там же оставляют свои деньги, коль скоро им ЦБ разрешил не продавать валютную выручку».
Говоря о налоговой политике российского правительства, Константин Бабкин отметил её нацеленность на сбор как можно больших сумм налогов, не обращая внимания на последствия для реального сектора экономики.
Генеральный директор ООО «Айти Энерго» Андрей Андрейченко привёл конкретный пример из Новосибирска, где местные и региональные налоги душат любые ростки предпринимательства. Сейчас у Чкаловского завода, выпускающего, в частности знаменитые истребители-бомбардировщики Су-34 закрывают счета, поскольку он не в силах выплачивать непомерные налоги на землю в местный бюджет и на имущество в бюджет субъекта федерации. «И невозможно изменить ситуацию, поскольку упирается губернатор, упираются также финансисты правительства Новосибирска и говорят, что выпадающие доходы нам нечем крыть». То, что работа предприятия и укрепляет оборону Страны и создаёт новые рабочие места, они в расчет не берут, поскольку загнаны в «прокрустово ложе» преобладающих на федеральном уровне экономических догм и схем.
Сергей Глазьев привёл пример деструктивной налоговой политики в авиационной промышленности уже на межгосударственном уровне: вместо того, чтобы поддерживать своего товаропроизводителя, предоставляются льготы по НДС и по импортным пошлинам, и даже не взимаются налоги на имущество с иностранных самолетов. То есть налогообложение отечественных производителей самолетов примерно в три раза выше, чем импортных аналогов! Искусственно созданная неконкурентоспособность наших самолетов приводит к тому, что мы летаем на зарубежной технике.
Выступивший Владимир Гамза, председатель Совета ТПП РФ по финансово-промышленной и инвестиционной политике, добавил в мрачную картину «ложку мёда»: «У нас очень эффективный бизнес, который выживает в таких монетарных условиях. Давайте добавим нашим предпринимателям, нашей экономике денег, они будут производить гораздо больше, совершенно очевидно. А на какой рынок двигаться? Совершенно понятно, огромный рынок импорта, который мы спокойно можем вытеснять, развивать свое производство, тем самым увеличивать покупательную способность населения. Если мы этот маховик в обратную сторону, а не как сейчас, раскрутим, то он начнет дальше работать на развитие экономики».
В отдельном докладе руководитель Высшей школы организации и управления здравоохранением Гузель Улумбекова объёмно обрисовала удручающее состояние экономических аспектов российского здравоохранения, что более чем актуально в условиях выявляющихся недостатков частнособственнического отношения к медицине в условиях эпидемии. В РФ в 2018 г. подушевые госрасходы на здравоохранение были у нас в 1,9 раза ниже, чем в восьми «новых странах ЕС»: Чехии, Эстонии, Венгрии, Латвии, Литве, Польше, Словакии, Словении. В нашей стране обеспеченность врачами стала меньше на 15%, чем в Германии. Обеспеченность койками стала на 15% меньше, чем в Австрии, Японии, Корее и ряде других стран. Государственные расходы на бесплатные лекарственные средства по рецепту врача в нашей стране в три раза ниже, чем в «новых странах ЕС». Медицинские работники продолжают уходить из отрасли.
Чтобы достичь ожидаемой продолжительности жизни в 77 лет, по расчётам Улумбековой, необходимо увеличивать государственное финансирование здравоохранения ежегодно до 2024 г. при постоянных ценах на 10% (720 млрд руб.) Это тот уровень, который сегодня сложился в восьми «новых странах ЕС», где люди доживают до 78 лет.
МЭФ традиционно не является узкомосковским мероприятием: в этот раз находился в президиуме и выступал с докладом глава Чкаловского сельского поселения Приморского края Всеволод Ию, а технологии XXI века обеспечили прямое общение Московской площадки форума с представителями науки и производства Новосибирска, Самары, Калуги. Их сообщения о состоянии и перспективах российской экономики позволили сформулировать определённые рекомендации. В частности, речь шла о возрождении плановой экономики высокого передела, то есть форсированном развитии отраслей, где первичное сырьё проходит много ступней переработки, на каждой из которых приобретая новые свойства и новую стоимость, например, от алюминия до самолёта. В качестве одного из локомотивов этого процесса предложено было создать единую систему авиапроизводств, опирающуюся на цифровые технологии, и одновременно — систему лизинга отечественных самолётов.
Слушая выводы ученых мужей и руководителей «от земли», невольно задумываешься: как Россия выдерживает изощренные буржуазно-либеральные опыты над собой и одновременно умудряется запускать гиперзвуковые ракеты, собирать огромные урожаи... Как бы мы зажили, при нормальной организации хозяйственного механизма?! Пока же наше руководство с одной стороны, укрепляет обороноспособность, стремится идти независимым внешнеполитическим курсом, с другой — выводит деньги из страны, давит экономическую активность налогами, повышает стоимость ресурсов. Если новое правительство проявит желание взаимодействовать с командой МЭФ, то это станет той «лакмусовой бумажкой», которая засвидетельствует о повороте на курс оздоровления экономики страны.
 
Борис СОКОЛОВ
 

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите на сайт через форму слева вверху.

Please publish modules in offcanvas position.

Free Joomla! templates by AgeThemes