Войти на сайт

Авторизуйтесь через любой из сервисов, чтобы оставить комментарий

     

ads

Поиск по публикациям

последние комментарии

Космос Александра Куприна

Крепкая основательность и весомая плотность фразы Куприна, точно идущие от телесной его, с богатырской традицией связанной силы (у него и пьянство было не забубённое, отчаянно-русское, а от щедрости натуры, не знающей преград, живущей избытком!). Точно мускульное напряжение фразы даёт зримость картин и узнаваемость образов.
Но – мощь множится на сострадание, ибо голая, как стыд, мощь будет нарушением русских правил.
…вот срез публичного дома из хрестоматийной «Ямы»: и какой теплотой овеяны павшие! Будь его, писательская власть, поднял бы их, даже вознёс – за вектор страдания, что привёл сюда, в чёрный цвет смрадной ямы.
Галерея лиц, каталог типажей: Куприн вообще, казалось, каталогизировал все типы русского общества.
...вот поп, корпусом могутный, как лодка – поп, которому надо анафемствовать графа Толстого – а он, зная, чем грозит непослушание, возглашает Льву многая лета, ибо что же ещё можно пожелать Льву мысли и литературы.
…слёзы в глазах Желткова – и слёзы юных читателей прошлых поколений над «Белым пуделем».
Пуды жизненной соли съевший Куприн, чтобы так познать общество, его корни, его дух; исколесил Россию, бескрайность её впустив в собственные кровь и душу, чтобы создать поэму, эпос о ней.
Ибо суммарно свод прозы Александра Куприна – это именно своеобразные эпос своего времени, помимо кристаллов художественности имеющий ещё и историческое, этнографическое, метафизическое значения…
Он передаёт фактуру мира – от обивки дивана до внешности персонажей — с такою ясностью и выпуклостью, что сомнений ни в чём не может возникнуть.
Фантазия не нужна: достаточно яви.
Её достаточно для исследования и описания, и яма, подстерегающая чёрной сутью, одна из тем, мимо которой писатель, анализирующий механизмы социума, и человек с горячей совестью не может пройти.
Всё житейски банально, никто не задумывается, многие пользуются. Свалка общественного греха. Тяжёлое бремя порочности. Галерея женщин, распятых чужой похотью, введённой в заданные нормы.
Острые грани характеров. Плавное отсутствие личностей. Уровень художественности, с какою подаётся материал, таков, что в описываемую реальность можно войти.
Разумеется, борьба с проституцией есть вариант Сизифова труда. Разумеется, талант, сострадание, боль за других не могли позволить писателю и человеку Куприны пройти мимо Ямы. В результате чего явился литературный шедевр, пронизанный – через стилистику, через образный строй – призывом жить по-иному. Но призывы сии редко действуют на людей.
Космос Куприна густо напитан жизнью, и, вбирая в себя её образы и гармонию, не менее мощно, чем устроены её вибрации, вибрировал вечностью – точно жизнью тех поколений, что будут вновь и вновь открывать его книги, словно окна, предлагающие славные виды.
…всё равно славные, ибо какова бы ни была жизнь, её объёмы и величие искупают все беды, все, с лихвою.
«Юнкера» повествуют о жизни Александрова: юнкера Московского Александровского училища. Роман автобиографичен; роман об офицерстве, являющийся своеобразным итогом военной темы в творчестве А. Куприна – широко и детально разработанной, проявленной множеством колоритных подробностей и подлинностью судеб.
Проза Куприна точно светится честью и достоинством: её невозможно представить низкой, стелящейся по земле: даже когда речь о проститутках, о жизни Ямы – мера сострадания высока, равно высок уровень неприятия пошлости и похоти людской, проедавшие все социумы, во все века…
В противоположность «Поединку» тема «Юнкеров» звучит духом непобедимости и бессмертия (как знать, может быть, единственный вариант последнего есть книги, переживающие автора надолго?..).
Быт Александровского Училища воссоздан с такой детальностью, что мир страниц будто открывает лестницы в былое: сходи, узнаешь всё сам, собственной судьбой.
Товарищи, преподаватели и офицеры-воспитатели, первые литературные опыты-эксперименты Александрова-Куприна, и любовь, отдающая безумием – тоже первая: всё собрано густо, а язык, сочный и смачный, с которым соприкоснувшись – не забыть.
Но «Юнкера» ещё и вдохновенное повествование о старой, удельной Москве; Москве «сорока сороков», Екатерининского института благородных девиц, Иверской часовни Божьей Матери; контуры Арбата, Патриарших прудов проступают – такие другие сегодня, почти неузнаваемые; и дымка летучих, лёгких, ажурных воспоминаний колышется легко и нежно, и хочется вновь и вновь обратиться к великолепным страницам русского классика…
Сила самореализации – самая важная для человека; векторы её различны: в творчестве, в рутинной работе, в детях…
…возможно в чём-то, что покажется ничтожным для других – в коллекционирование, например.
Но сила реализации в любви может быть гибельной – и ужас ли это, или высшее счастье, знают только те, кому выпало подобное…
В середине августа на побережье Чёрного моря приходит непогода, и большая часть обитателей курортов переселяется в город, оставляя свои дачи: княгиня Вера Шеина остаётся на своей, поскольку в городском доме бушует ремонт.
Чудные дни ранней осени! В день именин ожидаются гости, муж, уехавший по делам, должен привести их. Анна помогает по хозяйству, всё мирно, ладно. Золотой браслет с пятью крупными гранатами, и скромный чиновник Георгий Желтков, совершивший подношение, увидевший Веру на цирковом представление, издалека, влюбившийся… как не бывает.
Или бывает – но в нашу современность подобного высокого трепета не встроить: всё у нас слишком прагматично, серо, скучно.
Пять камней-гранатов пылают: их лучи выбиваются из реальности, разбрасывая огни метафизического свойства. Гранатовый браслет будет возвращён, и, твердя крепкие слова молитвы, Желтков благодарит силу сил – за силу дарованного чувства.
Немножко ирреально – и вполне из жизни. Вера плачет под великую музыку, уже после того, как несчастный-счастливый чиновник застрелился; маленький человек, живший немыслимым светом её существования.
Такова была его самореализации: узнать величие чувства, и, оставшись в нём, самовольно прекратить жить. Искажённая, может быть, самореализация – но какою высотой чистоты звучит она в бездне повести Куприна!
Конфликт, завязанный туго; онтологический узел отношений крут: интеллигентно-романтическое мировосприятие всегда будет противостоять затхлости мещанского: в ком бы ни проявлялось оно: в торговце, военном…
К сожаленью, любая высота – в области личностного устроения человека – сталкивается со слишком плотно данной материальностью мира, в которой многим чрезвычайно уютно.
Конфликт «Поединка» Куприна из этой области: интеллигентный юноша и захолустный полк с его провинциальными, свинцово-дегтярными нравами…
В «Поединке» нет духа непобедимости и благородства, который овевал обычно военную тему, трактованную Куприным; тут всё снижено – и до «Юнкеров» ещё дело не дошло.
Муштра и пошлость; всё смелое и буйное в повести связано именно с интеллигентным образом мира; провинциальность худшего рода: замшелая, косная, кривая…
Пыльный дикий городок Проскуров. Вечно завязанный узел конфликта: таких и в наши дни сколько угодно. Вневременное значение повести, плотно привязанной к определённому временному отрезку…
Магическая красота Соломона, мудрость, поднимающая выше зримых слоёв небес; лебвеобильность… Жизнь – как медовые соты; жизнь, как сплошная, тотальная радость, избыточный виноградник… Кстати, именно в винограднике Соломон видит Суламифь: рыжеволосую красавицу, работающую, напевающую…
Соломон, знающий язык зверей и птиц, способный зачаровывать джиннов, понимает, что не понимает многого: так пышно раскрывается новая старая бездна любви. Ослепление, сверкающее языками огня: и не надо ясности зрения: нужна одна волшебная песнь любви.
…сердце Астис, наливающееся невыносимой, бременящей злобой; начальник стражи Элиав, давно влюблённый в неё, готовый выполнить самое чёрное приказание…
Суламифь, вся поющая туго натянутой струной любви, чувствует свою смерть – и она приходит…
То есть – мы, смертные, какими бы яркими не были, не можем выиграть: это прерогатива богов, распоряжающихся нашими судьбами.
Но они даруют нам иллюзию победы – иногда, и ненадолго; а о чём, уединившись в судилище, думает Соломон, едва ли возможно узнать…
Страницы биографии
Александр Иванович Куприн (1870–1938) — известный русский писатель и переводчик. Он внес весомый вклад в фонд русской литературы. Его произведения отличались особой реалистичностью, благодаря чему он получил признание в самых разных слоях общества.
Александр Иванович Куприн родился 26 августа 1870 г. в городе Наровчат, в семье простого чиновника. Когда маленькому Александру было всего один год, его отец — Иван Иванович умер. После смерти мужа, мать будущего писателя — Любовь Алексеевна, решила отправиться в Москву. Именно в этом городе прошло детство и юность Куприна.
Когда юному Саше исполнилось 6 лет, его отдали на обучение в Московское сиротское училище, которое он окончил в 1880 г. В 1887 г. Куприн был зачислен в Александровское военное училище. Этот период своей жизни он позднее опишет в рассказах «На переломе (Кадеты)» и «Юнкера».
Александр Иванович имел неплохие способности к написанию стихов, однако они так и остались неопубликованными.
В 1890 г. писатель служил в пехотном полку в чине подпоручика. В это время он пишет такие рассказы как «Дознание», «Впотьмах», «Ночная смена» и «Поход». В 1894 г. Куприн, в звании поручика подаёт в отставку. После этого, он путешествует по России. Ему удаётся познакомиться с Буниным, Горьким и Чеховым.
В 1905 г. печатается повесть «Поединок», которая получает читательское признание. В 1911 г. появляется «Гранатовый браслет», который сделал Куприна по-настоящему знаменитым.
Куприн приветствовал февральскую революцию, но не принял Октябрьскую. Практически сразу он решает эмигрировать во Францию. Там он продолжает писать повести и рассказы и заниматься переводческой деятельностью. Со временем, помимо материальных трудностей, Куприн всё чаще испытывал ностальгию по Родине. Уговорить его вернуться в Россию властям удаётся лишь спустя 17 лет.
Вернувшийся из эмиграции Куприн, как было зафиксировано в служебных записках компетентных органов, был слаб, болен и, практически, не в состоянии писать. 25 августа 1938 г. Александр Куприн умер от рака пищевода. Его похоронили в Ленинграде на Волковом кладбище, рядом с великим писателем Иваном Сергеевичем Тургеневым.

Знаете ли вы?

* Когда Куприн ещё не обрёл известность, ему удалось освоить множество самых разнообразных профессий. Он работал в цирке, был артистом, педагогом, землемером и журналистом. В общей сложности он освоил более 20 разных профессий.
* Первая жена писателя – Мария Карловна, очень не любила беспорядок и неорганизованность в работе Куприна. Так, например, застав его спящим на рабочем месте, она лишила его завтрака.
А когда он не написал нужные главы для какого-то рассказа, жена отказалась впускать его в дом. Как тут не вспомнить американского учёного, который под давлением жены открыл спутники Марса!
* Куприн любил одеваться в национальный татарский наряд, и ходить в таком виде по улицам. Его мать, рассказывал Куприн, была татарской княжной, над чем всегда потешался Бунин: «Вы ведь у нас по матушке князь».
* Куприн лично общался с Лениным и оставил едкие заметки об этой встрече. Он предлагал вождю создать газету для деревенских жителей под названием «Земля».
* Именем Куприна названы многие населённые пункты, улицы и библиотеки.

Александр БАЛТИН.

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите на сайт через форму слева вверху.

Please publish modules in offcanvas position.

Free Joomla! templates by AgeThemes