Войти на сайт

Авторизуйтесь через любой из сервисов, чтобы оставить комментарий

     

ads

Поиск по публикациям

последние комментарии

Елена КОРОБЕЙНИКОВА: «О, НИМФА…!»

120 лет МХАТ

Эту прелестную, само изящество, трогательную, выточенную, словно дорогая фарфоровая статуэтка, «тургеневскую девушку» я увидела впервые в спектакле «Русский водевиль», поставленном Т.В. Дорониной в 2007 году. Она играла бедную родственницу богатых помещиков, играла с нежной застенчивостью, словно розовое облачко, появляющееся и исчезающее то в одном, то в другом конце огромной сцены, и ни на минуту не отпуская внимания зрителей, играла так, что дух захватывало в публике. Ею нельзя было не любоваться, не восхищаться, не повторять про себя: «Прелесть, ну, что за прелесть?!». Своей неповторимостью она освещала весь спектакль, создавала настроение, властно вела за собой сценическое повествование. Кто это?! — невольно возникал вопрос: откуда оно, это чудо?!! Ответ повергал в растерянность: «А!.. Это — подарок, Дорониной, из Санкт – Петербурга… От любимой подруги».
Так появилась в труппе МХАТ им. М. Горького новая молодая актриса, выпускница Санкт-Петербургской Государственной академии театрального искусства Елена Сергеевна Коробейникова.
Конечно, очень скоро актриса была введена на роль Нелли в спектакль Т.В. Дорониной «Униженные и оскорблённые». Здесь уж, как говорится, сама судьба творила: роль Нелли — для избранных! Кого угодно не поставишь, нужна АКТРИСА! Как провозгласил трагик Несчастливцев в гениальной пьесе А.Н. Островского «Лес»: «Нужна самоотдача на грани полного самоотречения!». Всё это в новой «малышке», как любовно её стали назвать в театре, было. Таким воспитала её безусловный природный дар любимая подруга Дорониной.
А потом, в начале 2000-х, режиссёр Борис Щедрин выпустил спектакль «Васса Железнова», в заглавной роли в котором блистает народная артистка СССР великая Татьяна Доронина. Состав спектакля поражает совершенством исполнительского ансамбля: роль Людочки, любимой младшей дочери Вассы, играет по сей день Елена Коробейникова.
Людочка — светлое, чистое, бесхитростное создание — удивительная точка сосредоточения главной мысли спектакля. Малолетняя девочка, перепуганная в детстве отцом-растлителем, оттого повредившаяся умом, — вот корень правды. Вот — «ключ» к разгадке пьесы мыслителя-драматурга, пытающегося разгадать суть предреволюционного времени, вздыбившего Россию. О, Господи! Да, вспомните Пушкина!!! «Борис Годунов»: Юродивый! Вот — глашатай правды! И здесь гениальный драматург следует за правдой народной, и здесь вслед за Пушкиным думает: бедная, чистая, невинная девочка с искорёженным умом — несчастная жертва. ЮРОДИВАЯ — глашатай правды!
В общении с Людочкой раскрываются лучшие черты души Вассы, почти никому не известные стороны личности мученицы, «чёрной грешницы», как говорит о себе сама Васса. Именно Людочка, добрая несчастная Людочка, светлый Ангел, ставит последнюю точку в спектакле: из комнаты Вассы вырвалась и стрелой пронеслась по сцене маленькая хрупкая девочка в белой сбившейся рубашонке… Она распахнула руки-крылья, словно подбитая птица — беспомощный символ её грядущего одиночества… Беззащитное, хрупкое дитя на фоне разверзнувшейся глухой страшной бездны и душераздирающий крик отчаяния: «М… а … ма!».
Почти пятнадцать лет беззаветно служит Елена Коробейникова сцене МХАТ им. М. Горького.
— Как сложилось, что в большом сильном коллективе МХАТ им. М. Горького эта «малышка» стала ведущей актрисой, держащей репертуар? И кто же эта «любимая подруга Дорониной», воспитавшая её талант?
— «Любимая подруга Т.В. Дорониной» – это мой педагог Галина Андреевна Барышева, выпускница Школы-студии МХАТ. Живёт в Санкт-Петербурге, была актрисой БДТ у Товстоногова. На курс, который в Санкт-Петербургской государственной академии театрального искусства она вела вместе с мужем Куницыным Александром Николаевичем, и теперь ведёт, я поступила, приехав в Ленинград. По окончании Академии, я была рекомендована Галиной Андреевной для «показа» Т.В. Дорониной. «Показалась» в роли Настасьи Филипповны («Идиот» — дипломная работа нашего курса) и была принята в лучший театр мира МХАТ им. М. Горького. Счастлива — безмерно!
О педагогах скажу одно: на первой же встрече с курсом Г.А. Барышевой, она дала нам задание: «Этику» К.С. Станиславского изучить и сделать подробный конспект. Так начиналось «Моё погружение в Художественный театр». Я высоко ценю это начало.
— Чтобы играть «на показе» для Т.В. Дорониной «Идиота», нужно обладать определённой смелостью и силой характера, согласитесь?
— Я верю в судьбу. После выпавших мне мытарств я поступила в лучшее театральное училище! Меня окрыляла вера. Я родилась и выросла в Удмуртии, в северном городе Глазов, которого зачастую и на картах-то не обозначали, но там работал на закрытом заводе мой папа Сергей Борисович Коробейников, внук священника. На счастье в Глазове жила моя мама Надежда Степановна Эклер, отец её был родом из Поволжских немцев, но никогда не порывался покинуть Россию: он считал её своей Родиной. Жили мы, как все советские люди, мама работала воспитателем в Доме ребёнка. Когда родилась я, чуть подросла, отдали меня в музыкальную школу. Я кончила её по классу фортепиано. И повторю, я верю в судьбу и придаю значение тому, что родилась 27 марта, в День театра.
— Когда же в Вас зародилась мысль о театре как судьбе?
— Эта мысль всё время подспудно жила во мне. Когда в Академии мы начали репетиции «Идиота» Ф.М. Достоевского, я ходила по городу, дышала воздухом подворотен, гладила стены домов. Я впитывала в себя дух Петербурга Достоевского и говорила себе: я — актриса, я должна донести до людей всю боль чувств Достоевского, все раны, все страдания его героев. Это — моё, а значит — предназначение: уметь передать остроту чувств писателя людям. Роль Нелли в «Униженных и оскорблённых»? Сильный, крепкий спектакль. Великолепные артисты, рядом — Анатолий Владимирович Семёнов в роли старика Ихменёва. Как он страдал, сражённый поступком любимой дочери Наташи! Он перерождался на глазах, как рыдал от внутренней боли и вслед за ним рыдал зал, и все переживали катарсис. Меня вводил в спектакль В.В. Клементьев, мой преступный отец по пьесе. Но как коллега он тонко и деликатно со мною работал, понимал, что нельзя «давить», терпеливо ждал, что я ко всему приду сама. Достоевский открывал во мне болевые точки, клапаны души, я училась понимать глубины трагических чувств. И считаю, что именно с Достоевского началась «моя летопись жизни».
— Вы стали выдающейся актрисой Художественного театра, чей облик неразрывен с именем А.П. Чехова. Две ведущие роли в его главных пьесах — тоже явление в судьбе актрисы — своеобразный «знак качества»: Аня («Вишнёвый сад») и Ирина («Три сестры»). Скажите, что лично для Вас это означает? Вы и Чехов?
— Ирина — моя душа, я чувствую себя в этом образе органично. Ведь Ирина — это светлая, возвышенная душа самого Антона Павловича Чехова. Бывают роли, от которых устаёшь, выходишь со спектакля, как выжатый лимон. Здесь же — наоборот: так легко, так естественно я себя чувствую, как будто переживаю обновление. Я очень дорожу этой ролью. «Три сестры» — спектакль уникальный в истории МХАТ им. М. Горького, а для меня — особенный, ещё и потому, что я работала с режиссёром по восстановлению Т.В. Дорониной. Она с каждым артистом проживает всё, и, если ты совпадаешь с её пониманием своей задачи, с её переживаниями — это огромное счастье. В её восприятии мира есть какая-то тайна, особая глубина в осмыслении течения самой жизни. Спектакли, поставленные Дорониной — долгожители, она знает про жизнь и искусство что-то такое, что не позволяет устаревать спектаклю, надолго сохраняет его актуальность.
Аня из «Вишнёвого сада». Это — особая история. Я введена в гениальный спектакль, созданный народным артистом СССР С.В. Данченко. Создан с Т.В. Дорониной – Раневской, для Дорониной — великой русской актрисы, в трудные для неё, «переходные времена», создан во имя Дорониной — лучшей Раневской русской сцены, как говорил С.В. Данченко. И вот настало время, и народная артистка СССР Татьяна Васильевна Доронина, игравшая эту роль 30 лет, принимает труднейшее решение: уйти из любимого спектакля. Она делает это ради сохранения в репертуаре театра выдающейся постановки, украшающей репертуар МХАТ им. М. Горького, передаёт роль Раневской другой актрисе, чтобы продлить жизнь спектаклю — жемчужине первой величины! Это очень тяжёлое решение. Роль поручается заслуженной артистке России и Карелии Лидии Леонидовне Матасовой, художнику серьёзному, актрисе умной, глубокой, одарённой поэтическим даром восприятия жизни, актрисе талантливой, женственной, эмоциональной. И всё же… С этим событием связан и мой ввод на роль Ани, которую прежде, многие годы с Дорониной играла замечательная Татьяна Геннадиевна Шалковская, которая остаётся в этом спектакле, только теперь в роли Вари, приёмной дочери Раневской. Все эти трудные обстоятельства, к тому же общая обстановка вокруг театра, подсказали мне, что и я должна подумать о новом подходе к роли Ани, понять значение её в пьесе как миссию спасения Раневской. Я существую для того, чтобы помочь страдающей матери пережить сложнейший период в её жизни. Внутри себя я чувствую, что не по годам повзрослела, что Раневская — как дитя для меня, и я должна дать ей опору. Я очень сильно люблю Любовь Андреевну Раневскую, люблю её чистую, прекрасную душу, и всем сердцем верю, что мы построим новую жизнь и создадим новый, прекрасный сад!
— А.Н. Островский — «русский Шекспир», а точнее — гений русского театра. Вы играете в его пьесах интересные роли. Можно сказать, что они высветили Ваш русский путь?
— Главная роль в спектакле «Красавец-мужчина», который поставил режиссёр Виталий Николаевич Иванов, моя непростая забота. С самого начала я не соглашалась с ним в трактовке образа Зои, которую я играю. Он хотел, чтобы моя героиня была слепа в любви, этакий комедийный облегчённый вариант милой всепрощающей глупышки. Я играю иначе. Ведь героиню зовут Зоя. А Островский никогда не давал не продуманных имён своим героиням, он слишком хорошо знал душу русской женщины. Имя ЗОЯ — означает ЖИЗНЬ. Её питают силы земли. Она — росток, укоренённый в земле, и держится за него и не собирается сдаваться, хотя жизнь и бьёт её, заставляет страдать. Зоя — интересный, сильный характер. Островский словно бы говорит нам: найдите в своей душе ГИМН женщине, спойте его ей, болейте за неё, и она вознаградит вас. Островский написал этот гимн на фоне власти мужской красоты, воспел её и покорил зрителя силой любви. Думаю, в понимании этого и определился «мой русский путь». Или возьмите другую мою роль из пьесы А.Н. Островского «Дикарка». Спектакль поставила режиссёр Т.В. Доронина. Сколько первозданной красоты и душевной щедрости нашла она в этом образе русской женщины! И всё это Доронина вкладывала в меня! Простая крестьянская девчушка искала себя, взывала к весне Священной, к жизни яркой, буйной, прекрасной, животворящей!!! Всё в душе этой строптивой девчонки, ставшей нашей любимицей, — буйство красок и естество натуры стихия русской удали и безбрежная красота личности незаурядной. И вот, неожиданно для себя, она обнаруживает трухлявость старости. Это поражает её! И либеральная ложь, принятая неискушённой девочкой за очарование цивилизованного Запада, летит в пропасть, когда открывается правда настоящей жизни! Великолепное решение спектакля! Я бываю бесконечно счастлива, когда моё понимание роли совпадает с тем, что думает и воплощает Доронина в нашем спектакле. Радость творчества — это такая награда!
— Зарубежные пьесы, в которых у Вас главные роли, — украшение репертуара МХАТ им. М. Горького, и роли эти давно завоевали мировые подмостки и людские сердца: леди Тизл в «Школе злословия» Шеридана, Элиза Дулитл из «Пигмалиона» Б. Шоу милая несчастная королева из драмы «Рюи Блаз» Виктора Гюго (у нас спектакль идёт под названием «Западня для королевы»). Кто они в Вашем понимании, эти заморские красавицы?
— Во всех этих пьесах — прекрасная драматургия, это согревает душу: Виктор Гюго — «Рюи Блаз»! Прекрасные партнёры — какая удача играть с Андреем Чубченко! Это великолепный, единственный, наверное, теперь романтический герой! Он так бережно относится к партнёру. С ним так захватывающе интересно и радостно играть. И какой великолепный писатель Гюго, как торжественно и вдохновенно звучит мысль в спектакле о том, что не страшно умереть за народное счастье! Эта мысль объединяет наши стремления, и я действительно увлечена идеей этой постановки!
«Школа злословия» Шеридана. Великий спектакль, с богатейшей сценической судьбой! Владимир Михайлович Бейлис великолепно поставил его. Мы не стремились подражать историческому аналогу. Мы старались найти свою трактовку, своё понимание. И по реакции публики видно, что это нам удалось. Мы очень старались передать юмор, заложенный писателем, и правильно распорядиться переводом. Что очень было непросто. Но спектакль звучит! На протяжении всего действия публика реагирует ярко, текст пьесы звучит актуально, свежо! И великолепные партнёры, в частности, народный артист России Михаил Кабанов! Какой он блистательный сэр Питер!
Спектакль «Пигмалион» Б. Шоу выпускала как режиссёр Т.В. Доронина. Для нас было важно — уйти от сравнения с великолепием мюзикла «Моя прекрасная леди» с Одри Хёппёрн. Мы выбрали другой путь, решив углубиться в текст умнейшей пьесы и вывести к зрителю проблемы, значимые для Шоу. Ведь в пьесе высмеяна важнейшая беда наших дней: пренебрежение к настоящему знанию, поверхностное отношение к большому научному труду. В своём спектакле мы ушли от банальностей, лежащих на поверхности, отодвинули на второй план лёгкий флирт, но воспели гений большого Учёного, уважение к нему. Прекрасная умница Элиза Дулитл понимает подвиг учителя, благодарна ему, тянется к вершине Знаний! Публика великолепно принимает это решение спектакля!
— Шекспира, конечно, выделим в особую главу, Ваши роли: Офелия, Джульетта...
— Это отдельный, очень важный этап моей жизни! Сегодня это и дань памяти, и низкий поклон неповторимому режиссёру Валерию Романовичу Беляковичу! Это был обожающий театр, одержимый искусством театра огромный, великолепный художник! Мне бесконечно повезло в том, что я получила такие роли в его уникальных спектаклях. При всём его внешне условном стиле постановки, он требовал от актёров безусловного существования в спектакле. Вот Офелия, «О, Нимфа…». А что это за существо, Нимфа? Это же — недоженщина, это только желание стать женщиной, состояние, в котором она задержалась на выходе, с готовностью уйти из девичества… Нимфа — грань. Её душа очень легко может сломаться: преданная отцом, отвергнутая человеком, к которому стремится, брошенная всеми на произвол судьбы, бедная Офелия. О, Нимфа! Растерзанная чистая белая душа она… утонула! Случайно? А если… нет?
Валерий Романович не хотел видеть в Офелии и в Джульетте безликих наивных девочек. Он хотел, чтобы в центре событий были сильные, яркие женщины, способные на борьбу! За себя! За свои идеалы! Через тернии — в высоту! Это Шекспир — значит мощь личности! На Офелии — разорванный хитон. Белякович сам порвал её белое облачение, и одежды Офелии отражают внутренний мир её страданий… Я спрашивала его: что мне делать? Он уходил от ответа: «слушай музыку, — говорил, — слушай музыку, ты же всё понимаешь!» И когда я играю, я слышу то, что, казалось мне, слышал он …Музыку судьбы!
— Ну, а если вернёмся в Россию, как Вы относитесь к Булгакову? Ведь Вы играете в его спектаклях?
— М.А. Булгаков — гений. Но мои роли в тех его пьесах — я занята в «Полоумном Журдене» и «Мольере» — где главные кудесники Сергей Габриелян и Михаил Кабанов. Габриелян — Журден — превосходный создатель истории маленького человека, возомнившего себя великим. В «Кабале святош» Михаил Кабанов — великолепный Мольер, решающий вопрос: что выше — власть или гений? Моя задача — оттенять этих артистов. Это очень глубокие и важные спектакли в репертуаре нашего театра.
— И вопрос традиционный: как Вы оцениваете свою судьбу, связавшую Вас с Москвой, не хотевшую уезжать из Петербурга, укоренившуюся во МХАТе им. М. Горького? Что Вам особенно дорого в жизни? Что, кроме театра, вызывает Ваши влечения?
— Судьба благосклонна ко мне. Мне выпало счастье работать с Т.В. Дорониной, работать в одном спектакле «Васса Железнова», где Доронина — целая планета. Вы вспомните, как начинается спектакль — за окном весна, я возле окна, словно призвана привнести в жизнь семьи добрые и светлые начала. От неё исходят лучи жизни, её благотворной энергией наполняются все — с такой силой отдачи находится она на сцене. То же в её режиссуре: например, спектакль А. Шварца «Тень». Её фантазия, широта и глубина её мысли, неожиданность её решений, безбрежные поиски добра, — всё это богатство неизбывное. Искусство её — созидательно, влияние на зал — благотворно. Я счастливая актриса, столько богатств приносит мне сцена, и столько непознанного ещё впереди. Что особенно дорого мне в жизни? — Театр! Мой любимый, прекрасный русский драматический театр — МХАТ им. М. Горького.

Беседовала
Галина ОРЕХАНОВА.
Фото редакции «Слова».

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите на сайт через форму слева вверху.

Free Joomla! templates by AgeThemes