последние комментарии

Поразительный «коктейль»… «Последние дни» в РАМТе

«Конечно, «Последние дни» — спектакль исторический, но вместе с тем – вневременной. Пьеса Бориса Акунина вроде бы повествует о юности Петра, но в ней уже проступают призраки омраченных клеветой «последних дней» Пушкина и третьего Отделения с его доносами. Довершает картину мерный стук копыт «Медного всадника»…»
Алексей БОРОДИН.

Почему «коктейль»? Дело в том, что рядом со знаменитой пьесой Булгакова «Последние дни» режиссёр Алексей Бородин уверенно и не без риска поставил в РАМТе пьесу Бориса Акунина «Убить змеёныша». И этот риск, безусловно, оправдался. А Борис Акунин не без горечи пошутил: «Ужасно интересно, что за «коктейль» намешал Бородин из «Медного всадника», «Последних дней» и моей пьесы… Сходите, посмотрите, кто в Москве. Поделитесь впечатлениями…».

Прислушалась к этому совету. Итак… В канун Второй мировой войны Михаил Афанасьевич Булгаков закончил давно задуманную пьесу «про Пушкина и без Пушкина». Писал, разумеется, для МХАТа. Пьеса была встречена сложно, хотя почти сразу принята к постановке. Но премьера состоялась, когда автора уже не было в живых, в 1943-м. «Очень смелая пьеса», — говорилось вокруг… И судьба пьесы сложилась неплохо, потому что прожила она на сцене шестнадцать или семнадцать лет. Вспоминая свои первые походы во МХАТ в совсем юном возрасте, я старалась понять, почему о Пушкине на сцене разговаривают постоянно, а сам он на сцене так и не появляется. А всё происходящее глубоко волновало, и ожидание появления поэта с каждой минутой становилось всё острее. Но нет, так и не появился.
Моя детская память чётко зафиксировала тогда образ поэта Василия Андреевича Жуковского и немыслимую красавицу Киру Головко, игравшую жену Пушкина. Потом, много лет подряд я ждала, когда снова увижу спектакль по этой пьесе, но он не появлялся, как не появился тогда — давно — сам Пушкин. И вот, наконец, долгожданная премьера состоялась. И премьера, как всегда у Бородина, — прекрасная.
Театр обратил нас к последним дням правления царевны Софьи, т.е. к кануну вступления на русский престол Петра Первого. Исторический материал оказался таким своевременным, волнующим, что диву даёшься. А всё происходящее в обеих пьесах обрамлено чтением «Медного всадника» в очень неплохом исполнении Дмитрия Кривощапова, Максима Керина и Павла Хрулева. Это – словно своеобразный симфонический пролог и сонатное развитие темы (поэмы) на протяжении всего спектакля…
Нет смысла пересказывать оба сюжета, особенно «пушкинский». Но исторический «климат» схвачен четко, образно, по-хорошему нервно. Ничего лишнего на сцене — практически на предельном минимуме бутафории. Как всегда, самых высоких похвал достоин художник Станислав Бенедиктов. Это лишь подчёркивает удивительное мимическое богатство актёров — яркая игра без предметов в руках. Некий сложный и органичный пластико-мимический этюд, значительно увеличивший напряженность действия и актерской выразительности. А персонажи-то все — исторические, узнаваемые и безусловно очень смелые: и Наталья Николаевна (Анна Тараторкина), и Александрина Гончарова (Мария Турова), и поразительный, как всегда, Алексей Блохин (аж в трех ликах: богач-библиофил и коллекционер Салтыков, дипломат-граф Строганов и еще один граф-дипломат, как говорили «владелец всего цвета петербургского света» — Воронцов)… Здесь опять-таки, как всегда в РАМТе, все актерские работы на большой высоте.
Отмечу лишь некоторых, которые потом встретятся в пьесе Б. Акунина: Алексей Веселкин (Кукольник, Бенкендорф), Алексей Мясников (Николай I), Виктор Цымбал (Геккерен) и, наконец, всегда прекрасный Илья Исаев (Жуковский). Дантес тоже впечатляет (Виктор Панченко), и дядька Никита (Олег Зима)… Всё точно и чисто в историческом и эмоциональном отношении — впечатляет. Казалось бы, персонажи из «пушкинских» «Последних дней» в лучшем положении: их почти всех грамотный зритель знает. Однако более близкое знакомство несёт вторая пьеса, которая по силе впечатления не уступает первой. И здесь среди бесспорных актерских удач снова назову победителей: Илья Исаев (Василий Голицын), Алексей Блохин (Скоморох), Виктор Панченко (Петр), Янина Соколовская (Софья), Алексей Веселкин (глава стрелецкого приказа, сторонник царевны Софьи, казнённый после неудачной попытки устранения Петра I — Шакловитый Федор Леонтьевич).
И вновь звучит «Медный всадник»… И мы отправляемся из XIX века в предэпоху Петра. Сюжет держит зрительское внимание крепко, персонажи живые и убедительные, время воссоздано точно и тревожно, как и должно было быть. И мимическое решение еще больше подкупает, подчеркивая острую реальность времени, о котором повествует…
Очень важна в дилогии музыка. Играет целый оркестр (дирижер Игорь Берендеев, баян, скрипка, туба, ударные, фортепиано), композиторы Натали Плэже и Алексей Кириллов; драматически четко и эмоционально сильно играет свет (Нарек Туманян), отлично звучит хор (Алексей Степанов), просто поражает мастерское сценическое движение (Андрей Рыклин), впечатляют костюмы Валентины Комоловой.
У этого двухактного действа — талантливый режиссёр Алексей Бородин. Его снова от всего сердца хочется поздравить с очередной большой творческой удачей. Продолжу цитату, взятую мною эпиграфом: «Довершает картину мерный стук копыт «Медного всадника». Ведь они стучат и по сей день. Мы должны их слышать и четко сознавать: все времена отражаются друг в друге. Это делает нас сильнее…». Замечательный получился «коктейль»! Повторю слова Акунина: «Сходите, посмотрите, кто в Москве. Поделитесь впечатлениями…». И добавлю от себя — не пожалеете.

Наталья ЛАГИНА.
На снимке: сцена из спектакля.

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.

Please publish modules in offcanvas position.

Free Joomla! templates by AgeThemes