Войти на сайт

Авторизуйтесь через любой из сервисов, чтобы оставить комментарий

     

ads

Поиск по публикациям

последние комментарии

Мозаика

 Стихи разных лет*
Песок

Во рту свистуна – свисток.
Восторг. Карандаш. Листок.
На пяльцах её – тесьма.
И, чмокнув меня в висок,
Укладывается сама.
Бродяга – суму под бок.
Сверчок – оседлав шесток.
Кнут отложив – пастух.
И не скрипит сучок,
И не кричит петух.
Всё дрыхнет без задних ног –
Запад или Восток,
Оса и медведь в овсах…
И только речной песок
Не спит в Его часах.
 
Небо
 
Перекроют каналы и реки,
Но поэтам не страшен зажим.
Мы, как дикие гордые зеки,
От стихии в стихах убежим.
Этим – рельсу лужёному вторя,
Под стальной колотушкой стенать.
Мы – чужие в налаженном хоре,
Легче души и рты разорвать.

Нам – под русским ощеренным небом,
Где цветы и жужжит мошкара,
И кемаришь в телаге нелепой
С огнестрельной дырой от костра.

Ретро
 
Я не был там. Но в том селенье
Направо – церковь, налево – клуб,
Где жизнь – «ништя-як!»,
а вкус осенний –
У этих рюмок, ягод, губ.
Индийский чай наливают в блюдца.
Стихи читают за просто так.
Но если любят – на кольях бьются,
С цепей спуская добрейших собак.
Река, конечно. И лес дремучий.
И нет замков у входных дверей.
И пешеходы – из самых лучших –
Кормят семечками голубей.

Все дни одни, и ночи схожи.
И в заповедном том уголке
Не разобрать, кто бомж, кто Боже:
У того и этого хлеб в руке.
Там ни-че-го! И в стиле ретро,
Затмив кочегарку, страну, грозу,
Большой и сильный, летит по ветру
Газетный змей с человеком внизу.
 
На излуке у старой ольхи

На излуке у старой ольхи
Хорошо в небеса заглядеться,
Написать о России стихи,
Как «спасибо» от чистого сердца.
И награды в ответ не просить –
Ни медаль, ни златую подкову.
Потому что теперь на Руси
На вес золота доброе слово.
А быть может, ценнее втройне,
Как простые рабочие руки,
В невесёлой твоей стороне
Все вот эти высокие звуки.
Что к мечу не зовут, не крушат
И не кровью бахвалятся ныне,
Но свежат, как холодной ушат,
Посреди обступившей пустыни.
 
Покаяние
 
Любимые, в детстве
мы злобно шутили
Над тихою жизнью седых стариков:
То в речке у бабки очки утопили,
То деду гурьбой надавали пинков.
И бабка – беснуясь,
и дедушка – строже:
«Ну, где тут крапива? Держите его!»
Воскликнут: «Андрюша!»,
вверх палец: «Серёжа!»,
«Эх, Мишка-паршивец!» –
и только всего.
Дед умер, а бабушка зла не попомнит:
Как Господа,
встретит впотьмах у ворот,
Как Бога обнимет,
как Бога накормит,
Из ковшика Богу на шею польёт.
 
Рыжики
 
Мы с братом по рыжики не ходили
В осенний, как вымпел пылающий лес,
Где полон ларец паутины журчащей,
Рябиновых ягод и волчьих с отливом,
И заяц бежит, а на ветке еловой
Стишком остропёрым
волнуется клёст.
Мы брата нечаянно схоронили –
Купавы упали, березник облез,
И ветер подул над деревнею спящей,
А утром ненастным,
а утром дождливым,
Как память о брате,
на шпаге ольховой
Я рыжиков маме неспавшей принёс.
Чтоб мама подумала,
будто мы с братом,
Проснувшись пораньше,
сходили за ними
В безлистый,
как углем начертанный лес,
Где также висят
на ветвях паутины,
Да только паук позабыл свои сети,
А дни холодней и короче под зиму…
Мы входим в него,
как в резные палаты
С высоким крыльцом и коврами цветными,
И своды из стёкол – до самых небес,
И птицы поют, и пылают камины,
И белки грибы собирают, как дети,
И эллинов нет, и хранят – херувимы.
Русское молчанье
Памяти Валентина Распутина
Мы потому сегодня не слышны,
Что, жизнь отпив
из родников горчащих,
От горя замолчали, горюны…
А здесь давно не слушают молчащих.
 
Вековечность

Хоть его отмотал не ахти
И едва ли уже середина,
Но и в трети земного пути
Наблюдается та же картина.
Там деревня, деревья и снег.
И дрожат, как в семнадцать, колени.
И на белом стоит человек
Отпечатком бессмысленной тени.
 
Одиночество

Жутко в поле, в лесу ещё жутче,
Жёлты листья на чёрной воде.
Осыпаются с треснувшей кручи
Камни сами собою – к беде.
Старый бор кособок и нестроен.
Где дубы, что пойдут на гробы?
То глухарь, то обугленный корень
Промелькнёт на изгибе тропы.
Улететь бы отсюда немедля –
Тесно в небе от пущенных пуль.
И на шею кидаются петли –
На изюбров, лосей и косуль.
Всё ольшаники, гари, болота –
Этот Богом затерянный край.
Хоть бы песенный встретился
кто-то,
А не то пропаду невзначай.
 
Мозаика

И всё-таки счастье возможно,
притом
Что солнце – восходит,
роса – высыхает
И мир за окошком огромный, как дом,
Где мама косичку свою заплетает.
Там ведом далёкой тропинки изгиб.
И шпаришь стихи без единой запинки.
А в речке навалом
непойманных рыб,
Каких не бывает на уличном рынке.
И в этой мозаике давних примет
Навроде фрагментов
заветного пазла –
Стакан голубики, вечерний омлет
И булочка с лунной дорожкою масла.
 
Из церковной записки

Деревушку. Вид с луной,
С красным факелом осины.
Поутру – грибов корзины,
Ну а лучше – дождь грибной.
На закате – тихий плёс,
Чтоб, не считывая числа,
Надо мною ты нависла
Грудью, запахом волос.
Пусть бы эдак лет до ста
На воде играли блики
И качались возле рта
Две тугие земляники.
 
 
Андрей Антипин.
* Из книги «Прощание с прозой».

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите на сайт через форму слева вверху.

Free Joomla! templates by AgeThemes